Времени не существует

Чёрный юмор. Ха-ха. Почему чёрный? Может он белый или жёлтый, синий или красный. Чёрт его знает, кто даёт значения, описания, определения словам.

– Здравствуйте. Алекс.

Встав с прогретого пятой точкой места, я произвёл обмен бактериями через привычное всеми рукопожатие.

Два раза щёлкнув пальцами над собой, Альфред подозвал к себе официанта, не поворачиваясь в его сторону, и уткнулся в огромное меню. Не знаю, что он там заказал. Больше всего меня интересовал лежащий на проезжей части одинокий камушек, который я заприметил, как только сел за этот стол.

– Надеюсь, что никто из водителей не повредит себе колесо, – вслух сказал я.

– Извините. Что? – Отозвался мужчина и, уловив мой взгляд, обернулся, посмотрев в сторону дороги. Кстати, забыл упомянуть. Он был в пиджаке. Синий. В клетку.

– Да так, мысли вслух, – чуть повернул голову в его сторону, установил зрительный контакт, но периферическим зрением всё также улавливал местонахождение нашего третьего общего друга. Камушка.

– Всё же.

Давайте ближе к сути, – мне захотелось отдать ему честь, будто я стоял перед капитаном своего взвода, отдающего приказы.

«Есть!»

– Жанр? – Спросил Альфред.

Он взял ручку и вынул из кармана пиджака маленький блокнот, сел в позу рыболовного крючка и замер в ожидании моего ответа, чтобы начать писать. Удивительно. Я давно не встречал людей, которые записывают информацию на лист бумаги. Обычно, им нужен только телефон и собственные пальцы (странно было бы, если нужны были чужие, но, кто знает, всякое может быть).

В общем, похвально.

– Проза, – ответил я, и Синий Пиджак тут же начал записывать.

– Количество написанных страниц на данный момент?

«Три», хотел я вдруг сказать, чтобы просто посмотреть на выражение его лица. Не подумайте, я не клоун с чрезмерным самомнением. Моя любовь к психологии привязала мой взгляд к людям, наградив отменной наблюдательностью.

– Девяносто шесть.

Я не смотрел на мужчину, тем более мне не нужно было создавать с ним зрительный контакт.

Хотя, учитывая, что его большие залысины смотрели, подобно огромным глазам, в мою сторону, можно считать, что контакт был организован без моего особого участия.

Мне было совершенно спокойно.

Я рассматривал обстановку, царящую вокруг. Как писатель, я наблюдал абсолютно за всем, постоянно запоминая или записывая происходящие ситуации в своём окружении, дабы использовать эти фрагменты, отложенные в памяти или на бумаге, для дальнейшего изложения.