Явления ночи пред ваши очи. Сборник фельетонов

– Слушай, я на всё готов. Грант не дали. Даже, даже с либералами готов в одной упряжке, прикинь… Но только чтобы не с педиками целоваться, на это я никогда не подпишусь. Да, потому что я намерен сидеть и дальше в своём директорском кресле, а если с ними буду целоваться, то сидеть не смогу. Знаешь ли, болеть будет задняя часть, – вещал гражданин в трубку, отводя при этом взгляд от плазмы, на которой президент строго выговаривал чиновникам, в сторону.

Положил дорогой сотовый на стол. Мрачности поубавилось, появилась надежда.

Забулькал коньяком, похорошело. Подошёл к окну, и уже в молодцеватой манере показал самый неприличный жест, на какой был способен окнам офиса Семёна Александровича.

    Апрель 2014 года

Ссора в УЛЬЕ

Вы вообще не подумайте, что это рассказ для энтомологов – УЛЕЙ. УЛЕЙ – это политическая партия. Расшифровывается просто и незатейливо: у левых единство! Что-то вроде противопоставления всем правым и центристам, да ещё с желанием доказать, что левые-то едины! Однако, длинное название не проходило, а короткое УЛЕ – звучало как-то очень уж по-фински и сразу вспоминалась стодневная война, одним словом, стоит ли связываться с финнами? Кто их знает, этих грозных скандинавов.

Партия была старая, жила ещё со времен Советского союза, интерес к ней постепенно пропадал, потому что «красные» уже стали как-то не популярны, радикализм их стух за годы попыток сделать свою игрушечную революцию, в общем, на момент действия рассказа партия влачила жалкое существование в стенах мрачного дома, оснащалась компьютером, который современные школьники приняли бы за раритет.

Но задор остался… Ведь хотелось ещё чихнуть в сторону этих центристов, как черепаха Морла, чтобы мало им не показалось! На качественный чих нужны были деньги, а денег в УЛЬЕ не было.

И вот встретились на свою беду два политтехнолога партии. Один со стажем в 10 лет. Святослав – мужчина, лицо которого отразило, как следы борьбы с идеологическими соперниками, так и с алкоголем, но в стальных глазах ещё сверкал огонек несгибаемого под тяжестью капитализма революционера, и помятый прикид только говорил в его пользу.

Он просто хронически не успевал, борясь с противниками, привести себя в порядок.

Валентин – стаж работы 4 года. Дешёвый, но отутюженный костюм, галстук, рубашка, взгляд мартовского кота, которому откажут все кошки, о чём ему хорошо известно заранее, потому в основном смотрит в сторону или в пол.