Почти непридуманные истории для взрослых

Так мы доплыли до берега.

– Мы довезем вас домой, – сказала Тамара, – где вы живете?

Я не знала, что мне ответить, сегодня я вернула ключи хозяйке. Расслышала, как жена Сержа шепнула ему на ухо: «Девочка в шоке, мы не можем их оставить на улице, поедем к нам».

Серж подогнал машину прямо к причалу. Сейчас три часа ночи, не могу уснуть. Ничего не понимаю. Как это все могло произойти? Когда мы ужинали, Тамара спросила, есть ли у меня муж или родители, может, я хочу им позвонить?

– Наш папа геолог, он погиб, спасая друга, – сказала Лиза.

Серж выронил на пол нож.

– Какая смышленая девочка, – сказала Тамара.

– А ты тоже смелый, меня спас, а я чуть не захлебнулась, – добавила Лиза, глядя на Сержа.

– Ну что ж, пора спать, я постелю вам в гостевой комнате, а завтра будем разбираться.

Я никак не могла уснуть и слышала, как в соседней комнате Серж разговаривает с Тамарой. Он говорил, что нас нельзя пока отпускать никуда, надо дать нам прийти в себя. Тамара сказала, что гордится им, что он самый смелый мужчина на свете, что она его любит.

Они говорили по-английски, и это все, что я поняла.

1 июля 1992 года

Уже пять дней мы в доме Сержа.

На следующий день, как все произошло, воспользовавшись моментом, когда Тамары не было дома, Серж подошел ко мне, обнял без слов. В горле у меня стоял комок, хотелось заплакать, но слез не было, давно все выплакала.

– Я искал тебя повсюду. Приехал через три месяца в Женеву, мне сказали, тут такая не проживает.

Адрес новый мне не дали. Я вернулся в Чикаго. Через год женился. Я думал о тебе почти каждый день. А потом все прошло. С Тамарой мы вместе работали, а теперь вот здесь живем. У нее русские корни, как и у меня. Она говорит на пяти языках, мы одного возраста, и она хороший, добрый человек. Я многим обязан ей. Мне надо ей все рассказать.

– Не надо, Серж, мы с Лизой как-нибудь сами, а Тамара и вправду хорошая. И она вряд ли поверит в нашу историю.

– Лиза моя дочь, и рано или поздно нам нужно будет ей об этом сказать.

 – Серж что-то говорил, накручивая на палец локон моих волос, я почти ничего не слышала, стояла и дышала им, кивала, мол, да, конечно, как скажешь. Я пыталась восполнить этими минутами всю многолетнюю пустоту внутри души. Чувствовала, как моя рана затягивается рядом с ним и я обретаю силу.

3 июля 1992 года

Не знаю, как мне быть. Тамара к нам с Лизой очень добра. Она не отпускает нас. Серж ей пока ничего не сказал.