Конструктор времени 1. Три с половиной недели в настоящем

Хотя, о чём думать, было непонятно. Ведь нужно было только выяснить как функционирует эта опасная штука и для чего на крайний случай может пригодиться… Мы переписали кнопки, и Димка впал в прострацию. Время от времени, у него такое случается.

За неимением лучшего я откинулся на спинку уголкового дивана и стал ждать.

Через какое-то время Дима очнулся и посмотрел на меня. Лицо у него стало каким-то одухотворённым, будто придумал нечто гениальное.

– Ты помнишь, сколько времени длилось… Ну, когда это началось и потом закончилось… Всё, что случилось…

– Дим! – прервал его я.

 – Давай чем-нибудь серьёзным займёмся. А моё состояние пусть потом психиатры оценивают. Люди в белых халатиках…

– Ты ошибаешься! – вздохнув, возразил Димка. – Это очень-очень важно!.. Так сколько времени тогда прошло?

Дима в своей уверенности был непереносим. Я вздохнул и попытался вспомнить.

За это время меня ударило, скинув с табуретки, потом я следил за двойником и вслед за ним проламывался через вязкий замёрзший и словно инеем искрящийся воздух.

Затем, когда упёрся в дверь, всё прошло. Я отдышался, осмотрелся, начиркал на бумажке, и услышал звуки в пустой комнате. И тут снова завертелось… Для меня это время было безумной вечностью.

Но я назвал более реальные цифры:

– Несколько минут, наверное…

Димка хмыкнул:

– Минут, не секунд?.. Только точно!

Я пожал плечами:

– Ну, да… Х-хотя… не знаю… Может, и одну минуту… или даже около того.

Димка удовлетворённо пошевелился, меняя позу.

– А могло быть, например, четырнадцать секунд?

– Сколько? – возмущённо крикнул я.

– Четырнадцать! – он при этом почти торжествовал. Как будто четырнадцать секунд имели какое-то особое значение. Как очередное доказательство теоремы Ферма.

Огорчать друга не хотелось. И я бы ещё мог согласиться на сорок, дайвер с трёхлетним стажем, и за небольшую часть того времени, что длилась эта ерунда, начал реально задыхаться… Да скажи я о таком, в меня пальцами тыкать начнут: чудо-дайвер!

– При всём желании, Дима, нет! Между этими событиями была куча времени! Точно больше четырнадцати…

Он сник.

Мы помолчали пару минут. И я, только чтобы утешить друга, сказал:

– А вот времени в промежутке, когда мир был адекватен, – я подумал, что это время того островка между ярким голубым сиянием и багровым сумраком, во время которого я мог дышать, было близко к Димкиному.