Конструктор времени 3. Битва двойников

Учитесь, больше читайте специальной литературы, и для вас, я думаю, откроется мир полный чудес современной науки…»

По-видимому, этот член-корреспондент полагал, что заявку написал какой-то, зацикленный на играх и фантастических сюжетах, тинейджер, которого можно наповал убить словами «антецедент» и «консеквент».

Мы к заявке приложили ещё кой-какой видеофайл из прошлых, сохранённых на компьютере у Профессора. Так этот членкор также мягко выразился про «не очень убедительную документальную составляющую».

Что же, интересно, могло быть убедительней?.. От их безжалостности и косности я даже оторопел. И этих людей ещё кое-кто продолжает считать светилами науки!

Да, мы не могли подать полноценную заявку. Считать себя единственным автором я, по многим причинам, не имел права, да и с повторением результата другими исследователями были чудовищно большие и до сих пор никак не решаемые проблемы. Я оставался единственным в этой никем не хоженой области!

Но переход во времени реально существовал и были этому многочисленные факты и свидетели…

К тому же:

«Явление материального мира как объект открытия, на который выдаётся диплом, – это неизвестная ранее объективно существующая, вносящая коренное изменение в уровень познания форма проявления сущности объекта материального мира».

Уж такая сложная и немного туманно звучавшая формулировка была взята из официального документа и точно подходила к этому нашему случаю.

Когда я уезжал, переписку с академическим сообществом доверил вести своим соавторам: почётному пенсионеру Вяземскому и своему давнему единомышленнику Димке Калашникову, которого друзья звали Профессором с большой буквы П.

И они, эти двое, по-прежнему безуспешно пытались достучаться до академического здравомыслия. Если факты не соответствуют теории, то факты в этом не виноваты. Вероятно, стоило бы пересмотреть подходы к существовавшим теориям.

Академическое сообщество отвергало всё единодушно. Но исключения из этого правила всё же были, хоть и не столь впечатляющие.

Был один человек…

Правда, академик Ритер Всеволод Адамович, потрогавший всё это своими руками, на наши обращения больше не отзывался. Вероятно, его работа с одноклеточными затмила собой всё остальное. А иных заинтересованных более не наблюдалось. Наше маленькое и не очень научное сообщество теперь оказалось вообще в полной изоляции. Даже всемогущий кое-в-чём Богданов здесь помочь ничем не мог.

Но такое положение меня не сильно смущало.