Реально махнуть до Луны

Но «аленький цветочек» стоял на окне недолго. Следующим утром фиалка оказалась безжизненно жёлтой и отправилась в мусорную кучу вместе с ненужным уже цветочным горшком.

Авдеев это объяснил тем, что тяговый излучатель, закреплённый в тисках на столе, был направлен рабочей областью в сторону окна с цветком. Пожелтение он связал с воздействием электромагнитных полей системы. И тогда же пошутил про «эффект аленького цветочка». С тех пор у нас и повелось все странности привода объяснять именно этим эффектом.

Все растения, подвергшиеся воздействию облучения становились жёлтыми и отмирали. Особенно заметным это стало на Лысой полянке, там даже трава выгорала до корней и не росла.

Когда Антон добежал до полянки ливень принял угрожающий характер. Лил как из ведра! Антон мокрый забрался в кабину и торопливо захлопнул фонарь. Ориентировался теперь по частым вспышкам молний, не зажигая внутри свет. До старта двадцать минут и старт в грозу небезопасен.

В случае попадания молнии электроника скорей всего откажет и потерявший управление «Кузнечик» разобьётся, рухнув с высоты.

Но всё-таки это меньшее из зол. Много непредусмотренных опасностей и без этого ждали в той дали. По крайней мере, это уже попытка и ход в партии Антон сделает первым!

В 23.00 затянул крышку, включил электронику, выждал когда запустится стартовая программа, легко выдохнул и скомандовал сам себе по-гагарински:

– Поехали!

«Кузнечик» загудел и вздрогнул. За шумом непогоды едва слышно зарычавшие излучатели.

Сверху стали медленно надвигаться облака, подсвеченные вспышками молний. Казалось, вверху стоит какая-то грозная преграда, через которую предстоит пролезать. Но момент прохождения облака Антон даже не заметил. Если бы в это время не полыхнула вспышка и не прорвал тишину оглушающе гулкий и раскатистый удар.

Когда Антон окончательно пришёл в себя, гроза с облаками осталась где-то внизу, а впереди, за лёгкой туманной пеленой разрасталось звёздное небо с Луной. И ОНА, ставшая крупной, летящей и зовущей протянула к Антону руки.

Чтобы не сдуло наружные приборы и не опалило фонарь, автомат сдерживал скорость у верхнего предела. Был уже опасный опыт полёта с большой скоростью в плотном нижнем воздушном слое, тогда сильно нагрелся материал фонаря и безвозвратно сдуло закреплённый на втором левом кронштейне карманный анемометр.

На высоте пятнадцать появилось ускорение, автомат посчитал, уже сопротивление среды падает и пора набирать ход.