Вариации на тему «жизнь». Прозопоэтический сборник

Отчего так повелось, почему так есть,

что встает комом в горле кость – наша песнь?

Завершится наш мир теперь уже наверняка

гулом ярких светил, поглощающих небо и облака.

Только вот здесь внизу, на Земле,

окоянной реке,

люд поносит себя и подобных себе чад,

гудит на могучем сверхязыке.

Зудят губы слова – леса строй, словоград,

стену, дом, каземат предложения,

кирпичи красным цветом горят.

Говорят, надо жить, не тужить, чтобы петь,

и, конечно, служить, чтоб терпеть.

Говорят, чтоб убить, надо корму задать,

ну а если любить, тогда и страдать…

Говорят, если дар, буду рад и рукоплескать,

а задаром болтать – не хочу время скрадывать.

Говорят, если силой взять мощь и слова,

то народы смолоть без следа можно чрез жернова.

Говорят, у истории запахов для победителей нет.

Говорят, проигравших не помнят, тиранов жгут, варят шербет.

Говорят и глаголят, молвят, стонут, вопят —

голова идет кругом, мы оболганы с головы до пят.

Что же делать нам, отчего повелось,

почему так есть?

Комом в горле стоит вопрос, занимается песнь:

заруби себе на носу, запомни навечно,

если я расплету косу, волосы будут литься речкой.

Это не станция конечная, а вплетенная в песню вязь,

самое сокровенное, наш сказ про богобоязнь.

* * *

Скерцо на тему «постскриптум»

(эхо блюза)

…ем архизвук мифологем,

лексем, графем, морфем, фонем.

Я – омнивор, всеядный мем

и крохобор средь букв и слов,

и мой сегодняшний улов

дарю, как Винни-Пух, всем-всем.

Театр – мир, а жизнь – игра,

актеры – люди, ум – венец

творения…

– Ты снова за

слова?

– Прости…

теперь

конец.

19. Досужие домыслы

Ночевка в Польше всем пришлась по вкусу. Как ни крути, но даже после непродолжительного сна голова соображает лучше. Кто-то кимарил, кто-то шутил напропалую, кто-то пытался завести светскую беседу. В скором времени выяснился и такой забавный нюанс: видимо, пользуясь пословицей «Что не съем, то понадкусываю», Марина утащила с собой два одеяла из злополучного номера.

Мы посмеивались над забавным казусом, представляя, как хозяин мотеля обнаруживает, что в номере вместо заявленных троих ночевали четверо, которые изрядно попользовались душем, туалетом и до кучи прихватили два одеяла. Возможно, однако, история эта не была для него чем-то из ряда вон выходящим.