Точка безумия

– Как вы себя чувствуете? – Задал дежурный вопрос Аликс, который задают все врачи при встрече со своими пациентами.

Девушка не долго молчала и через три минуты была готова дать ответ своему лечащему врачу. Она снова взглянула в его глаза и громко сказала:

– Я в полном порядке!

В её голосе не звучала грубость или неуверенность, как у многих пациентов психиатрической больницы, скорее всего это было восхищение. После такого ответа психиатр опешил, он совсем не ожидал, что девушка так ответит.

– Посмотрите в окно, видите там дождь? Какой глупый вопрос, подумаете вы, но многие люди не замечают его, точнее всей его прелести.

Что по-вашему дождь? Наверное, обычное природное явление, но это не так, все люди глубоко заблуждаются. Дождь – это слёзы ангелов, их переживания о нас. Знаете ли вы, что у каждого из нас есть свой ангел, который хранит наши сны и нас самих? – Нежный голос Сары снова раздался в палате.

– Конечно, знаю. Я слышал такую теорию, что у каждого ангела есть своё имя, и это имя придумываем мы сами – Задрожал голос Аликса, который вовсе не ожидал, что его новая пациентка может говорить внятно и совершенно мыслимые вещи.

– Моего ангела зовут Мирана. Она присматривает за мной с самого моего рождения, а иногда я вижу её в своих снах. Она прекрасна, и знаете, она выглядит не так, как описывают многие писатели, она другая. Ангелы все другие! – Робко проговорила Сара.

Аликс поражался Саре с каждым её словом, с каждым её взглядом, устремлённым в окно. Он видел в её глазах какую-то надежду.

Но на что она могла надеяться? Выбраться из больницы? Нет, она была не такой как другие пациенты, и это одновременно пугало и восхищало Аликса.

– Сара, расскажи мне о своей семье. – Вдруг решил спросить доктор Аликс Дарэн.

– Семья? Я не знаю, что это такое! Все это время я жила в доме, для тех, кому семьи не нашлось. Вам знакомо это место? – Опустив глаза, спросила Сара.

– Приют для детей, иными словами детский дом. Да, я знаю, что это за место, когда-то я там тоже был! Когда мне было 10 лет, мои родители пропали, я вернулся домой с осенней прогулки, зайдя в дом, там никого не оказалось, пустота.

Я прислонился к стене и начал опускаться вниз, представляя, что я падаю на дно большего озера, из которого уже нельзя выбраться. Грустил я не долго, потому что позже пришли какие-то люди. Это были работники опеки, они сказали мне, что мои родители были убиты. А как это произошло, и кто это с ними сделал, я так и не узнал и возможно не узнаю.