Листая жизнь

А у меня – ледышки. Теперь ты моя грелка.

Ты вспомнишь, сейчас, когда читаешь, что было тогда, когда я писал эти строчки?»

Ты разбудил во мне дремлющие инстинкты. Кровь берет свое.

Ты знаешь, я из тех мест, где до насаждения христианства поклонялись языческим богам, где плясали обрядные танцы вокруг костров и приносили в жертвы людей.

Мои пробабки были ведьмами или святыми, или просто мудрыми женщинами, познающими вечность за одну ночь и говорящие с богами на одном языке. И я смотрю на тебя безумными зелеными глазами.

Ты пугаешься: откуда? У тебя же глаза цвета ясного неба!

«Ну разве так можно?! Всю ночь, стоит закрыть глаза – ты на меня смотришь тем самым взглядом, что в последний вечер у реки… А в нём вся нежность и

желание этого света! На меня никто и никогда не смотрел такими пьяными от любви и страсти глазами… Ты даже представить себе не можешь, что это значит для меня! Этот взгляд стоит всех самых нежных слов. Места себе не нахожу. Понимаю, что это нечестно, что тебе так славно сейчас в твоём далеке и ты это заслужила, и я вообще не в праве такое говорить, но… приезжай скорее, мне плохо без тебя!

Кажется, я стал страшным эгоистом.

Выговорился. Вроде полегчало, хотя глупость это, конечно.»

Я смотрю на океан. Он потрясающий. Он разный, в зависимости от настроения. Если он злится – он чернеет, а если он спокоен – он белый. Он огромный хищный зверь, но сейчас сытый и потому просто играет. Затягивает, заманивает, поглощает и выплевывает, подбрасывает, любуется и затягивает.

Он играет. Я смотрю на океан, а ты пишешь мне письма и отправляешь в никуда, за несколько тысяч километров. Но я не читаю их, я просто знаю. Знаю все, что ты хочешь сейчас сказать.

Я затерялась в другом мире, но я рядом.

«Прости, совсем не писалось последние дни. Звёзды как-то не так легли. Интересно, а у вас было вчера солнечное затмение? Говорят, что его лучше всего было видно в Алжире, а ты же совсем рядом.

Я по карте смотрел!

…Очень жаль, но похоже то удивительное «индейское лето», что стояло здесь с твоего отъезда, закончится как раз к четвергу. Последние выходные, вчера (да и сегодня) я ходил совсем по-летнему, а в субботу и вовсе косил лужайку в деревне в одних плавках. Вспоминал-вспоминал, но ничего подобного в последние годы осенью, в октябре, не бывало. Пожалуй, только в тот год, когда нас посылали на первом курсе на картошку.