Табуреточка

То мама ему баташки передаст, то он утирку какую-то непонятную найти не может, то спортачами ловкими хвастается. Чудной, в общем. Вроде по-русски говорит, а вроде чёрт знает, что он там имел ввиду.

Юлий Алексеевич, кстати, хоть и старался не показывать, но всё-таки жутко умилялся этому провинциальному колориту. На его суровом лице, когда на льду показывался Ярик, тут же появлялась практически несвойственная ему гримаса одобрения.

Сашу же после седьмого места в Японии Юлий Алексеевич будто бы и не замечал. Смотрел сквозь, отделывался односложными фразами.

Саша понимал, что виноват. Что нужно было послушать тренера и не включать кондиционер после той злосчастной тренировки, но… чего уж теперь. Он проиграл. Он подвёл. Он не оправдал надежд. Он – педагогическая неудача.

И Саша сделал то, что должен был. Он ушёл. Несмотря на угрозы президента Федерации: «Попробуешь – больше не выиграешь ни одного соревнования».

Однако Саша уже принял, как ему казалось, единственно правильное решение. И вот теперь он стоял у дверей незнакомой квартиры в Москве и, как робкая семиклассница, переминался с ноги на ногу, мучительно ожидая, когда же ему наконец откроют.

Может, не следовало рубить с плеча? Впрочем, поздно жалеть. Мосты сожжены. Теперь Мисс Бильман будет, где развернуться.

Саша повторно нажал на кнопку звонка. Нервно выдохнул. В голове внезапно всплыла последняя встреча с Ярославом. Ярослав ничего не знал о грядущих переменах. Как обычно улыбнулся в раздевалке, аки Джоконда, и выдал что-то наподобие: «О, Вешкин! Я тебя не угадал!» Ещё гэкнул так смачно…

Скрип плохо смазанных железных петель больно резанул по ушам.

Тамара Георгиевна, грузная женщина с тяжёлым взглядом, встретила Сашу в свитере и старых трениках. Всем своим видом она показывала, что запланированный приезд внеочередного кандидата в ученики для неё всего лишь ни к чему не обязывающая рядовая встреча, и ей по большому счёту безразлично, как долго он добирался. Она вольна сказать «нет» и выпроводить его из квартиры. А заодно и из фигурного катания. Вот только… Вот только бывают в нашей жизни встречи, когда, один раз увидев человека, мы понимаем (не умом, на уровне подсознания, наверное), что это надолго.

Тамара Георгиевна помнила каждого своего ученика. И всегда могла вырвать из сердца любого. Но когда Саша показался на пороге, она почувствовала, что от этого так просто не отделаешься. Ночевать на коврике будет. А добьётся своего. И занозы оставит в душе. Как пить дать.