Счастье?

Пока Женя не познакомил меня с предметом своего обожания, я не сомневался: он женат на богине или как минимум на сказочной принцессе, так восторженно он ее описывал.

Впервые оказавшись у Жени в гостях, я, помню, поразился несоответствием между образом, сложившимся у меня голове и его реальным прототипом. Начнем с простого: Надина внешность на принцессу никак не тянула – нос почти как у тролля из иллюстраций к норвежским сказкам, небольшие, глубоко посаженными глазки, ноги-тумбочки и как минимум семь кило лишнего веса.

И это я молчу о невероятно высоком самомнении. Особенно, она старалась всем своим видом продемонстрировать – именно она в доме настоящая хозяйка, а Женя, так, на подхвате.

Но более всего меня поразило, что Женя и не думал с ней спорить, а весело поддакивал. Такое странная реакция полностью рушила его имидж, ведь я был в полной уверенности: Женя – классический образчик сердцееда, бабника и мачо. Однако, сам Женя постоянно всем хвастался своей безупречной верностью. Сначала я думал списать это утверждение на его врожденную скромность.

Но раз под занавес одного корпоратива, когда алкоголь стал оказывать на участников действие сыворотки правды, я разговорился со своей московской коллегой, месяц проработавшей в команде с Женей на аудите в Котласе.

– Представляешь, – с искренней пьяной обидой жаловалась она, – как бухать или шуточки про сиськи мои отпускать, он тут как тут! А как до дела, так сразу в кусты!

– До какого дела? – я постарался изобразить искреннее непонимание.

– Да ладно тебе дурачком прикидываться, – засмеялась она. – Когда я к нему в номер попыталась зайти, он на пороге мне заявил: «я жену свою люблю» и спать меня отправил! Одну! Будто я своего мужа не люблю!

Поэтому моя клиническая верность ни в коем случае не казалась мне странной. Впрочем, повода ее нарушить у меня и не возникало. Справедливости ради стоит заметить, в этих вопросах я часто веду себя как слепой. Не раз друзья мне тыкали – вон та девица на тебя пялилась и вокруг ошивалась, чего ты ее не оприходовал? А я ни сном ни духом.

Поэтому, учитывая мою невнимательность, вернее, неумение разбираться в женщинах, логично предположить, что за все эти годы возникали гипотетические возможности адюльтера, просто мне в голову не приходило их реализовывать. Вероятно, еще и по причине, как сформулировал бы Денис, высоко задранной планки, и если девушка до этой планки не дотягивает, то воспринимаю я ее исключительно в качестве собеседницы.