Барбари Фокс

Конечно, не доставит удовольствия тому парню, у которого из зада будет торчать колючая проволока.

БАРБАРИ. Ты говоришь мне, что уже делал такое?

БЕРТ. Только пару раз, в Калифорнии. Но получается у меня здорово.

БАРБАРИ. Ты чокнутый?

БЕРТ. Какое это имеет значение?

БАРБАРИ. Ты смеешься надо мной.

БЕРТ. За всю жизнь никогда не был более серьезным. За исключением того случая, когда индианка в Альбукерке сунула гремучую змею мне в штаны. Это подействовало отрезвляюще. И если у тебя нет планов запустить рептилию в мои штаны, я буду гордиться выношенными тобой моими детьми.

БАРБАРИ. Да каким нужно быть козлом, чтобы жениться на городской шлюхе?

БЕРТ. Вот, значит, ты кто? Городская шлюха? Выиграла выборы или это такой почетный титул?

БАРБАРИ. Все считают меня такой.

БЕРТ. А что думаешь ты? Хочешь быть городской шлюхой?

БАРБАРИ. Да какое тебе дело до того, кем я хочу быть?

БЕРТ. Барбари, слишком ты все усложняешь. Дело-то очень простое. Я предлагаю тебе сделку.

Хочешь ты выбраться из дерьма, в котором находишься, забыть про свалку, фабрику фейерверков и конвейер ощипывания кур, или нет? Потому что у меня есть новенький дом, номер четыреста тринадцать по Армитейдж-авеню, рядом с домом моего доброго друга Сайлеса Куиллера, и хорошая работа управляющего его сырной фабрики, и пожизненный пропуск в его беседку, и я абсолютно готов этим самым вечером сделать тебя моей законной женой, с венчанием, оформлением бумаг и всем прочим, и тогда тебе никогда больше не придется сидеть в этом овощном погребе.

БАРБАРИ. Но ты меня не знаешь.

БЕРТ. Знание слишком переоценено. Никто никого не знает. Зачем тратить шесть месяцев в тщетных попытках узнать друг дружку, чтобы по их истечению понять, что знаний этих только убавилось? Ты выходишь за меня, и через тридцать лет мы все равно не будем знать друг дружку. Так лучше наслаждаться компанией другого до того, как мы станет старыми и уродливыми. Я уже урод. Но не такой старый, каким буду на следующей неделе.

Так что давай поженимся сегодня, до того, как я стану старше, а ты уродливее. Теперь ты видишь, какой я романтик. Так что скажешь?

БАРБАРИ. Тебя не волнует, что подумают о тебе люди?

БЕРТ. Люди и так невысокого мнения обо мне. Да и плевать мне на то, что они думают. На самом деле люди не очень мне нравятся. Большинство глупы, остальные злобные или безумные, а во многих сочетается первое, второе и третье.