Колдунья

ДЖЕН. Я – не твоя служанка. Она – твоя служанка.

ФЭЙ. Я была его служанкой. А теперь намерена стать его женой.

ДЖЕН. Не станешь ты его женой. Я – его жена.

БЕЛ. Я – его жена.

ДЖЕН. Ты – жена Гэвина.

БЕЛ. Тогда о чем мы говорим?

ДЖЕН. Я не знаю.

ДЖОН. Хорошо. Я приведу этого чертова доктора. Эти женщины когда-нибудь вгонят меня в гроб. Я это знаю. Просто знаю! (Ставит стакан, выходит на крыльцо, проходит мимо надгробий).

ГЭВИН. С Холли все в порядке?

ФЭЙ. Устала с дороги. И с едой у нас было не очень.

БЕЛ. Не думаю я, что тебе следует с ней говорить.

ГЭВИН. Заткнись, Бел.

БЕЛ. Не говори мне «заткнись»! Если эти женщины не уйдут из моего дома, я возьму ружье и застрелю их. (Убегает в глубину сцены к лестнице).

ГЭВИН. Бел…

ДЖЕН (хватает ГЭВИНА за руку). Подожди. Я пойду. Ты останься здесь.

ГЭВИН. Не хочу я оставаться здесь.

ДЖЕН. Сейчас Бел тебя слушать не станет. Я ее успокою, а потом принесу этим двоим еду, и будем ждать доктора. Не хочу я, чтобы эти женщины оставались одни в моем доме.

ГЭВИН. Хорошо.

ФЭЙ. Премного благодарна за гостеприимство.

(ДЖЕН смотрит на нее, уходит. ГЭВИН стоит столбом. ФЭЙ садится на диван рядом с ХОЛЛИ).

ГЭВИН. Не понимаю, что вы здесь делаете.

ФЭЙ. Когда ты уходил, земля промерзла. Мы не могли его похоронить, поэтому завернули в старые мешки из-под картошки и до весны положили в хранилище для кукурузных початков. Иногда я думаю, что он не умер. Но по ночам мне казалось, что кто-то у меня за спиной, идет следом.

Если вечером я в комнате одна, он по другую сторону окну, смотрит на меня. Однажды поезд остановился в маленьком городе, у реки, окутанный туманом, так он скреб по стеклу мертвыми пальцами. Я думаю, он уже спрятался где-то в доме.

ГЭВИН. Ваш муж мертв.

ФЭЙ. Это я понимаю. У меня только одна слабость. Не могу оставаться ночью одна. Но всегда остаюсь. Холли одна не будет.

ГЭВИН. Я не могу жениться на вашей дочери. Я уже женат.

ФЭЙ. И она у нас просто прелесть. Милашка и больная на всю голову.

ГЭВИН. Она нормальная.

ФЭЙ. Гэвин, твою жену можно называть по-разному, но только не нормальной.

ГЭВИН. Во время войны ей пришлось многое пережить. Потом она родила мертвую тройню. Тогда у нее и появился интерес к поросятам. Она приносит их в дом, прячет под кроватью. Я не знаю, что с ней делать. Она с самого начала была немного не в себе. Я не могу допустить, чтобы ее расстраивали.

ФЭЙ. Они были твои? Я про младенцев – не поросят.

ГЭВИН.