Американские горки. Рассказы и повести

Тут он краем глаза заметил, как на противоположной обочине затормозил мотоцикл с коляской. С него слезла неуклюжая, похожая на винный курдюк женщина в танковом шлеме и потрясла выбивавшимися из-под головного убора намокшими, длинными, седыми патлами.

Лицо наездницы показалось Никитке до боли знакомым. Его мозг начал судорожно перебирать отложившиеся в голове женские образы и вдруг… Бинго!

– Не может быть… Ашхен? Да, ладно! Ну и уродина! Как же я смог тогда? – парень поморщился. – Фу-фу-фу!

В этот момент кто-то потянул Никиту за рукав.

Он обернулся.

– Узнаёшь меня, белобрысенький? – позади стояла старая, беззубая цыганка. В её сильно поредевшей, но, по-прежнему, на удивление чёрной шевелюре алела роза, а в скрюченные прогрессирующим артрозом пальцы буквально вросли кольца.

– Нет.

– Я гадала тебе, когда ты был маленький. Помнишь?

– Да ни лешего я не помню!

– Ну, как же? – зашамкала пророчица. – Ты забыл, как бежал за мной из деревни до самого леса? Я тебя ещё предупредила, что знать судьбу наперёд опасно, что гадания мои сбываются… Ну же… Вспомнил?

– Не-а.

– Что, вообще?

– Абсолютно!

– Ну, как так-то? Я тебе ещё нагадала, что будет у тебя роман с дамой треф, чьё имя начинается на «А». Но он закончится для вас обоих казённым домом, точнее – больницей. Потом предназначенная тебе суженая случайно собьёт на мотоцикле твоего кровного родственника. То ли отца, то ли брата? Нет, точно, брата. Пройдёт много лет. Ты с ней случайно встретишься и обретёшь в её объятиях большое личное счастье.

– Да? Вы полагаете?

– От судьбы не уйдёшь! Уж поверь…

В этот миг всё в мозгу у Никиты Тимофеевича встало на свои места, и картина мира полностью прояснилась. Он снова посмотрел через дорогу. Теперь и Ашхен увидела его и, вероятно, узнала, потому что приветственно замахала руками и бросилась, как очумелая, навстречу.

– Никитка! – заорала она во всё горло. – Ники…

В этот момент вдову полковника Карапетяна на полной скорости насмерть сбил автобус.

Водитель остановил многотонную машину только метров через сто, и на мокрый асфальт, причитая и ища поддержки у господа, не организованно, в ветхих артистических костюмах поверх морщинистых тел высыпали старые-престарые лилипуты из гастролирующего шапито.

– Слава богу, бабка, что хреновая из тебя гадалка получилась! – выдохнул с облегчением Никитка, и, бравурно насвистывая «Очи чёрные», отправился с распростёртыми объятиями от всего сердца благодарить лилипутов.