Господа, товарищи, сволочи и дамы. Комедии. Драмы. Стихи

Как вы можете сами так жить и… и еще и мне предлагать? Ну вот… (Делает неопределенный жест руками, показывая вокруг) …вот так.

АРХАРОВ. А что? Что «вот так»? Вот как??? Это, брат, любовь. Это чувство. Ты, наверно, не знаешь, что такое чувство? Ты, наверно, не любил никогда? Только все, небось, притворялся? Подыгрывал?

ПУЗЕМКИН. Почему вы так обо мне думаете?

АРХАРОВ. Да так… Подумалось. Жизнь надо любить. Всей душой. Всем хребтом. Да ты не обижайся. Я это все понимаю. И даже, может, одобряю. Потому что любовь – это… это, брат, такая мясорубка, что боже упаси… кости хрустят и трещат, и сердце рвется…

ПУЗЕМКИН.

То есть, вы считаете, что я не способен? Что я ущербный, что ли?

АРХАРОВ. А я, Петя, не знаю. Это ты себе сам должен ответить. Без подсказчиков. Мое дело – дочь за тебя выдать. А твое – любить… или притворяться.

…Ну, ладно… Что мы все топчемся на месте, мямлим, юлим? На нет и суда нет. Оно же сразу видно – сыроват ты для супружеской жизни, не дозрел еще… Зачем зря время терять? Я лучше к гостям пойду, гостей провожу, телевизор посмотрю – новости, криминал… А ты тут – сам… как знаешь… как хочешь… Вольному воля…

Архаров стремительно идет к двери, отбрасывает в сторону бесполезную веревку, вынимает из штанов ключ, отпирает дверь ключом и открывает ее в другую сторону.

Пуземкин ошарашено смотрит, как за Архаровым захлопывается дверь, стучат засовы, понимая, что вся история с повешением была просто комедией.

…В комнате неизвестно откуда появляется Елена Николаевна.

Пуземкин, увидев ее, замирает. Елена Николаевна осторожно делает несколько шагов к нему.

ПУЗЕМКИН. Вы живая или у меня галлюцинации?

ЕЛЕНА. А у вас галлюцинации?

ПУЗЕМКИН. В вашем доме у нормального человека, что хочешь, может быть. Веселенький сегодня денек.

ЕЛЕНА. Да, свадьба…

ПУЗЕМКИН. И не говорите. Я свою свадьбу себе несколько иначе представлял. Вы почему все время вроде как в тень от меня отворачиваетесь? Не хотите, чтобы я ваше лицо видел? Бросьте! Ерунда! Я уже ко всему привык.

ЕЛЕНА. И ничего я не отворачиваюсь. Просто… вы чужой человек… мне непривычно…

ПУЗЕМКИН. А! Ну, да. Ну, да. «Непривычно», «чужой человек»… Смешно.

ЕЛЕНА. У нас в поселке есть пруд. Возле сельсовета. В нем жили два лебедя. Весной прилетели. Не знаю, как папа сумел договориться с председателем. Месяц к нему ходил. Машину продал. Но все-таки уговорил. Этих двух лебедей зажарили к нашей свадьбе на праздничный стол. Одного для вас, другого для меня.