В дымке сосен

Когда помру не забывай

Перевести меня на идиш.

Сейчас как хочешь обзывай,

А что потом сказать, – увидишь.

Барды

Нам бардам-бастардам нельзя без людей,

На людях и смерть наша краше.

Ведь люди питают нас массой идей:

Они вдохновители наши.

Вольготно живётся – поём о любви,

Такая уж наша порода.

А в трудное время душой не криви,

Но вырази мысли народа.

Гонимые властью во все времена,

Мы живы и жить ещё будем.

Насколько больна и здорова страна,

По бардам и песням их судят.

Споёмте, друзья, в нашем вольном кругу,

Услышат не только нас стены.

Пред Родиной нашей мы в вечном долгу,

Что мало играем со сцены.

Визит музы

Меня сегодня муза посетила,

Тайком вошла, у изголовья встала,

По волосам легонько потрепала,

– Ну как живёшь, отшельник мой? – спросила.

– Зачем меня вчера капризно ждал,

И образ видел мой на донышке стакана?

Ты, верно, женщину, глупыш, желал,

Её обожествляя с полупьяна.

Зачем потуги делать и писать,

Когда не знаешь сам, о чем сказать?…

Лишь тот момент, когда не можешь спать,

Когда душа возьмётся напевать,

А мозг неудержимо клокотать,

Способен Новый яркий стих создать.

Мастерам

Рожденья таинство присуще матерям,

А воспитание – природе и народу.

Но будь то сказано природе не в угоду,

Оно дано и мастерам.

Руками детище своё создать,

Вдохнуть в него прекрасного движенье —

Такое рукотворное рожденье,

Что может поколенья воспитать,

Не всякая осуществить способна мать.

О мыслях

Почему голова пустая,

Словно нет в ней живой коры?

Может мысли мои, сгорая,

Тлеют медленно до поры?

Покрывая горячим прахом,

Что не может пока пылать,

Чтоб потом невзначай размахом

Новой яркою мыслью стать?

От меня

Вы все служители Парнаса,

Биробиджанские творцы,

Спецы от Бога без прикраса

И просто люди – молодцы.

Желаю, кистей не жалея,

Нести прекрасное в народ.

И чтобы эта галерея,

Цвела, росла из года в год!

Поём

Раз поют соловьи,

Значит, хочется петь.

Даже в пору любви

Тешит горло медведь.

Это общий гипноз,

Биотоки сердец.

Это вечный вопрос:

Кто ты есть, наконец?

И я тоже пою,

Чтоб осмыслить, как жить,

Чтобы душу мою

Каждый мог уловить.

Чтобы знала планета,

Что я жив или жил.

Чтобы знали поэта,

Чтоб никто не забыл.