Дед Семён и другие. Рассказы

Игра света и тени рисовала причудливую картину – на фоне заката солнца в поле стояла одинокая тёмная фигура. В голове у Семёна, самым непостижимым образом, звучали строки из ещё непрочитанной рукописи: «… он уходил от людей, всюду искал одиночества. Выходил во двор, но и здесь многое напоминало о Дуне. Тогда уходил за село и медленно брел по размытой осенними дождями дороге, пока не становилось совсем темно. Поворачивал обратно, заходил к дочери взглянуть на сына и медленно брел к дому».

Семён обратил внимание на то, как заиграло пламя свечи.

То вспыхнет, а то вдруг уменьшится до предела, и так стало происходить постоянно. Взглянул на саму свечу – она ещё и наполовину не сгорела. Исходя из всех странностей двух вечеров, Семён понял, что происходит что-то неординарное. Обратился к тексту.

«Теперь вся нагрузка по дому легла на уже некрепкие плечи бабушки Поли, ведь в доме остались практически одни мужики. К тому же дед Яков за последний год как-то резко сдал. Он и ростом стал ниже, могучие узловатые руки висели плетьми, а смерть Дуни подорвала остатки сил.

Когда-то труженик-непоседа, теперь он отошел от всех домашних и мирских дел. Если же когда и выходил во двор, то лишь за тем, чтобы „закутать“ скотину».

– Ну, этого и следовало ожидать, – произнёс Семён и обратил внимание, что свеча начала гаснуть. Опустил глаза и стал вчитываться в текст.

«Годы упорного нелегкого труда, плюс „приобретенные“ болезни постепенно сделали свое. И все же Яков Левонович прожил долгую наполненную полезным трудом жизнь.

Умер он в конце августа 1902 года в возрасте девяноста лет»…

Стало темно. Свеча погасла.

Семён нащупал выключатель настольной лампы и включил свет. Взял спички и попытался зажечь свечу. Парафин плавился, но фитиль загораться не хотел. Вынув свечу из подсвечника, он повторил попытку. Свеча загорелась ровным полноценным пламенем. Семён аккуратно водрузил свечу в подсвечник и пламя тут же погасло.

– Вот ещё незадача, – проговорив это, повторил всю комбинацию со свечёй и подсвечником.

Результат был тот же.

– Ну, вот и всё, – с сожалением произнёс Семён. – Закончено повествование, погасли свечи.

Взяв в руки подсвечник, он медленно покрутил его, осматривая внимательно со всех сторон, поставил на книжную полку и, обращаясь через подсвечник к своему предку Якову, сказал:

– Спасибо тебе! Я всё понял. Твои потомки никогда не забудут всех вас.