Царапина

Царапина

Михаил Монастырский

Обычно считалось, что загробный мир помещался под землёй или на небе, куда попадали по мосту, по радуге или Млечному Пути. Кто-то залезал на дерево или столб, кто-то прыгал с высокого обрыва в море. Харли пошёл своим путём…

Утром 4 мая Харли живо открыл глаза. Он всего лишь несколько мгновений назад яростно искал и, к его счастью, успел найти выход из своего сна. Лицо, волосы и подушка были мокрыми.

– Чёртов сон! – Харли опять начал утро с ругательных слов.

Ну, а кто бы на его месте не ругался?

Глубоким вдохом и резким выдохом Харли привёл себя в чувства, стараясь забыть очередной ужас.

Он одним махом выскочил с постели, и протянул руки к потолку, потянувшись вверх, и на всю свою пустую квартиру, издав оглушительный звериный рёв. Да, здесь он уже был недосягаем для ночных кошмаров, терзающих его вторую неделю.

– Хрен вам! – кому-то крикнул он вверх и, играя раскаченными мышцами рук, бросил взгляд на своё отражение в большом круглом зеркале, единственно висевшем на голой стене.

На правой щеке он заметил свежую ярко-красную царапину сантиметра три – три с половиной. Подойдя ближе к зеркалу, Харли несколько минут пристально рассматривал её, при дотрагивании царапина болела. Она спускалась по щеке от самого края глаза ровно вниз, и раздваивалась на равные части, как куриная лапа с отрубленным средним пальцем.

Не найдя в постели предмет, о который он мог поранить себе щёку Харли решил, что поцарапался о золотое распятие, висящее на его шее, на короткой широкой цепи со спаянными между собой концами.

После того, как однажды, во время купания в океане у цепочки расстегнулся замок, Харли запаял её, опасаясь потерять украшение. Снять крест теперь возможно было только через голову, да и то с трудом.

Всегда выходя из дома, опрятно одетым и подтянутым, встречая на улице соседей и знакомых, Харли с каждым из них любезно здоровался, и широко улыбался. Вот и сегодня, несмотря на поганое настроение, он не изменил своим принципам и старался быть для всех приятным, чтобы формировать положительное мнение о себе, но как он не ненавидел себя, когда находился в "образе".

Придя на работу, Харли был всегда со всеми корректен, что, безусловно, восхищало коллег. Какая учтивость и галантность! Однако они не знали о том, сколько труда это стоило Харли. Конечно, мы частенько устаём, всем нам порой приходится улыбаться, когда даже нет сил говорить, но, возвращаясь вечерами домой, не каждый занимается тем, что делал Харли.