Любовный лабиринт Тонки

Ты знал?!

– Что?

– Тонка, сегодня мы пойдём к Чюрлёнису!

– ?!

Они идут по узкой асфальтированной дороге вдоль небольших одноэтажных домиков.

– Милка, мы же тут были, когда ездили на озеро! – он берёт её за руку.

– Узнал? И даже не догадывался, что здесь совсем рядом Чюрлёнис!

Впереди они замечают очередь. Это довольно удивительно здесь – очередь! Люди, их не много – может, человек двадцать, – стоят друг за другом на узком тротуаре.

– Это так недалеко от кемпинга, Милка, – говорит Антон.

– Тут всё недалеко, Тонка!

Они встают в очередь и медленно двигаются вперёд почти синхронно со всеми остальными ко входу.

Рядом со входом сидит пожилой литовец и продаёт яблоки. Лето, и приезжие их охотно берут. Поэтому каждый раз к открытию он выносит скамейку, садится и ждёт. И наблюдает.

Среди пришедших есть и литовцы: это старенькая бабуля с внучкой. Их нетрудно отличить по внешнему виду Даже со спины.

Время от времени старушка оборачивается и смотрит на них и улыбается, а потом что-то бормочет рядом стоящей внучке.

Та оглядывается на них.

– Лаба дена, – говорит Антон.

Старушка отводит глаза, а девчонка фыркает!

– Ты что?! – дёргает его за руку Милка.

– Я здороваюсь, – отвечает Антон.

– Ты говоришь « добрый день!», а нужно « доброе утро – лабас ритас!»

И вот они внутри маленького домика. В прихожей стоит седой литовец лет сорока и показывает, куда нужно идти, где начинается экспозиция.

Сбоку от него стоит пианино, за которым собирается играть девушка лет двадцати в национальной литовской одежде. Интересно, но волосы у неё седые. Или она так покрасила их?

Фотографии: Друскининкай, Варена, Варшава …Родители, жена, дети…

Музыка, как и его картины, возникает неожиданно :

…Из ничего появляется огромная полупрозрачная изумрудная волна, и на самой её бледно-розовой верхушке качается рыбацкое судёнышко с парусом, наполненным ветром, напрягшееся изо всех своих последних сил навстречу поднимающемуся урагану.

Музыка нарастает и… ухает вниз, разбрасывая блестящие снопы искр, брызг. А внизу, в подводном замке, на самом краю пропасти стоит полуангел – получеловек и простирает крылья навстречу звёздному пути, параллельному жизненной линии; и одна из звёздочек, сверкнув алым, катится в невиданные цветы в деревьях, распустившихся на глазах из звуков и нот.