Любовный лабиринт Тонки

– Он нас не видел, Тонка? – виновато смотрит Милка.

– Я думаю, не видел. Иначе бы остановился.

– Я чувствую, что он недолюбливает меня… Ведь он хотел, чтобы ты был с ним.

– Я тоже когда-то так хотел…

– Ты отпустишь меня пообедать с мамой? И сам сходишь…

– Я никуда не пойду. Я тебя подожду в сквере.

– Хорошо, – легко соглашается она, – а я тебе принесу чего-нибудь вкусненького.

Верхушки сосен окрасились в матовый красный цвет. Было тихо.

Она выбежала в платье.

Красные и синие полосы по диагонали текли по её телу.

– Здравствуй, моя Белочка! – Антон встал.

И, не удержавшись, провёл по одной из полос :

– Я никогда не видел тебя такой!

– Тонка, – она взяла его руки, – Я так рада, что тебе понравилось! Мне и самой оно очень нравится… но я его редко надеваю, – надула она губы.

Они шли по липовой аллее, и молочный свет фонарей стекал по листьям и капал на остывающий асфальт.

Антон убрал руки в карманы и молча курил.

Милка шла рядом, поглядывая на него.

– Что ты, Тонка?

– Ты такая красивая… Я боюсь до тебя дотронуться.

– Иди сюда, – оглянувшись по сторонам, потянула она его в мрак раскидистого вяза, – иди сюда!

Она прислонилась спиной к коре, опустила руки, подняла глаза :

– Дотрагивайся…

… – Теперь ты веришь, что я та же, твоя Милка? – зашептала она, вжавшись в него и выдыхая слова в его рубашку.

– Теперь верю.

– Поцелуй меня, – попросила она, подставляя ему губы.

Было ощущение, что они кружились, кувыркались в молоке фонарей.

– Тонка, я так рада, что тебе понравилось, что мне понравилось.

Город весь в огнях: холодный голубой свет неона переплетается с оранжевым оконным, в них вливается молочный фонарный. Как сигнальные огоньки – красные лампочки над подъездами. И все цвета радуги – брызги красок на рекламных щитах, кафе, танцплощадках.

Они подходят к её дому, когда из-за угла вновь выворачивает знакомый белый « Москвичок».

Отец Антона сигналит им, Вадим высовывается из окна и что-то кричит —они в ответ машут руками…

И всё. Вновь тихо, где-то вдали затихает шум колёс по дороге. Они снова вдвоём…

Антон и Милка уходят от её дома, возвращаются, и опять уходят – вечер не хочет их отпускать.

Они садятся на скамейку, где он впервые обнял её, поцеловал, и она положила голову ему на грудь, где встретились их руки.

– Милка, слушай стих.