Первым делом. Новая редакция 2024 года

– Думаю, это не важно, – Василич погладил волосы Маши, сплетенные в одну большую косу. Раньше она такую прическу никогда не носила, стригла волосы под каре, но так тоже было хорошо. Он улыбнулся.

– Не говори, дурачок. Еще как важно, – шаловливая рука Маши спустилась в пах.

– Я тебя л-люблю, – заикаясь выдавил Василич, оглянулся на детей, семь пар глаз наблюдали за встречей счастливых родетелей. – И оч-ч-чень по тебе скучаю.

Василичу стало не удобно, он отодвинул руку драгоценной супружницы на колено.

Маша хихикнула, щечки у нее зарделись, она зарылась Василичу под мышку.

– Теперь мне, наверное, будет легче, – Василич подмигнул детям. – Я буду знать, что ты жива и здорова, и детки с тобой.

– Я тебя тоже люблю. Ты голодный?

– Не знаю.

– Ой, что же это я? – Маша вскочила, бросилась в чулан, принесла оттуда кувшин с молоком, краюху ржаного хлеба. – Угощайся, чем бог послал.

– Спасибочки, – Василич вдруг понял, что действительно проголодался, как будто не ел три дня.

Хлеб был еще теплый и очень вкусный. Василич разделил краюху на девять частей и протянул каждому чаду в руки, самый большой кусок взял себе, второй по размеру – отдал жене.

– Как же вкусно у вас, – вытирая рот от крошек и свежего молока, сказал Василич. – Уходить не хочется.

– Надо, – Маша опустила глаза, непослушная слезинка мешала смотреть на мужа. – Я буду ждать тебя. А теперь иди. С переходом лучше не шутить и не опаздывать.

– До свидания, Маша, – Василич встал, обнял жену, поцеловал в губы.

С трудом отцепил от себя и стремительно вышел со двора.

– До свидания, Ваня, – услышал он вослед.

– До свидания, папа, – повторили семь голосов.

– Пока, мои хорошие, – помахал он родным с дороги.

Минут за пятнадцать он дошел до пещеры. Зашел в избушку и снял местную одежду. Положил аккуратной стопочкой на специальную полку. Обратил внимание, что на полках лежит еще три комплекта одежды. Про запас? Или сюда еще кто-то ходит? Надо будет спросить следующий раз у Магнума Петровича.

Еще раз взглянул на новый странный мир, набрал полные легкие воздуха и шагнул в пещеру.

Переход в обратную сторону занял всего около минуты. Не успели глаза привыкнуть к темноте, как забрезжил свет, и Василич вышел в пролитый недельными дождями родной лес. Старую одежду он нашел у входа в пещеру, она лежала прямо на глиняном полу. Надо бы и здесь оборудовать что-то типа платяного шкафа, – мелькнула мысль у Василича.