Первым делом. Новая редакция 2024 года

Маша по современным человеческим меркам умерла слишком рано. Было ей всего сорок шесть лет. Подхватила странную инфекцию, врачи развели руками, антибиотики не помогли, и сгорела его драгоценная супружница в течении десяти дней. Детей им бог не дал. Маша беременела, но все случаи заканчивались внезапными выкидыши. Как будто проклятие нависло над их семьей. И так семь раз подряд. Получилось, что Василич остался со своим горем один на один.

Тяжело было, совсем перестал спать. Тогда пошел в церковь. Соседи говорили:

– Правильно.

Сходи. Успокоишься, найдешь смысл жизни.

Но ему там не понравилось. Привередливые бабки постоянно цыкали на него:

– Не так стоишь!

– Не правильно крестишься!

– Что ж ты так зыркаешь по сторонам?

В результате уходил из церкви домой в еще более подавленном состоянии. Но все равно ходил на все службы целый месяц. Думал, что так надо. Надо перетерпеть, это такое специальное испытание на его грешную душу, такой ему крест уготовил Всевышний.

Но на тридцать первый день встал с утра и понял, что больше в церковь не пойдет. Никогда.

Часто потом ловил он недовольные и даже осуждающие взгляды себе в спину. Но все равно в церковь его не тянуло.

А в лес прямо магнитило. Василич часто уходил в лес рано с утра. Бродил до обеда, а бывало и до вечера, пока сил хватало. С каждым разом заходил все дальше и дальше вглубь. Постепенно лес приоткрывал свои тайные закоулки, Василич теперь узнавал знакомые места, поваленные деревья и приметные низины.

Лес за их деревней простирался на многие сотни километров. Но он так далеко пока не заходил. Мечтал, думал и разрабатывал план, чтобы сходить подальше с ночевкой. Но побаивался.

Ночевать в лесной чаще он попробовал, но не полюбил: комары, муравьи, сыро и холодно. Ночной лес отталкивал, не для людей он. Мрачновато становилось после полуночи. Из-под коряг вылезали, казалось лесные духи и всякая нечисть.

– Все это выдумки, – успокаивал себя Василич. – Надо стоять на материалистической позиции.

Смерть предрассудкам!

Головой-то он все понимал, но под ночь спешил домой. Ночное преображение леса ему пока не нравилось. Пока? Василич был уверен, что настанет день, и ночной лес примет его в свои объятия. Ну а пока в пределах однодневной ходьбы Василич нашел очень много интересный мест – поляны полные малины и земляники, поваленные деревья, как столы и стулья в царских хоромах, прозрачные и чистейшие родники.