Манипулятор

Манипулятор

Борис Александрович Титов

Герой, а вернее, антигерой психологического триллера «Манипулятор» – талантливый психолог, мастер манипулирования сознанием и поведением человека. Внеся сумятицу в повседневную жизнь героини повести, попавшей в отчаянную жизненную коллизию, он заставил поверить в него, внушил свою значимость, убедил в необходимости слепо следовать за ним и подвел к решению уйти от мужа в надежде сделать ее своей женой.Но можно ли заставить любить, или это неподвластно даже виртуозу манипулирования?

«Ад и рай ? в небесах», ? утверждают ханжи.

Я, в себя заглянув, убедился во лжи:

Ад и рай ? не круги во дворце мироздания,

Ад и рай ? это две половины души.

Омар Хайям

На пустынном пляже в полуразбитой рыбацкой лодке сгорбившись сидел молодой мужчина. Вся его поза выражала отчаяние и глубокую безнадежность. Разгулялась непогода – на берег с ревом и остервенением набрасывались мощные океанские волны. Казалось, что сама природа прониклась мрачным настроением одиноко сидящего человека.

Мир заполнился пронзительной пустотой, краски поблекли, звуки стали глухими, лица застыли неподвижными масками, и только одно лишь солнце, пытавшееся пробиться сквозь сжимающееся кольцо окружающих его туч, тускло светилось на горизонте, напоминая о бесконечности жизни.

Мамы не стало, и жизнь потеряла всякий смысл. С ее уходом он впал в совершеннейшую апатию, и ничто не могло вывести его из этого состояния.

«Господи, за что? За что Ты забрал ее у меня? Разве Ты не видишь, как мне одиноко и плохо без нее?»

Он с ужасом подумал о варварском обычае умерщвления своих родителей во многих древних цивилизациях.

В Греции одряхлевших стариков сбрасывали со скал, на Руси немощных родителей отправляли в глухой лес на погибель, а в бюрократизированном Китае в семьи, где были старики, чиновники присылали конверты с шелковыми шнурками, которые дети должны были затянуть на шее «лишних ртов». Странно, но у японцев обычай «убасутэ», что означает «отказ от старухи», существовал вплоть до XIX века.

Какая возмутительно дикая традиция! Никакие обстоятельства не смогли бы заставить его ускорить смерть матери. Наоборот, он не колеблясь отдал бы свою никчемную, никому, кроме нее, не нужную жизнь, лишь бы она жила долго и счастливо!

Мама заполняла всю его жизнь, была ее смыслом. Тоска по ней изматывала его. В его жизни не было ничего, что помогло бы пережить ее потерю.