Ах, почему же я не дворник?

«Заброшен сад, и сиротливо…»

Заброшен сад, и сиротливо

Все в запустении молчит,

Листвы желтеющее пиво

От ветра пенится, летит.

А в небесах, меняя формы,

Плывут едва заметно облака.

Я погружаюсь снова в думы,

Смотрю на легкое кружение листка.

Зима пришла

Замела метель тропинки

С облетевшею листвой,

Зазвенели тихо льдинки

Под неосторожною ногой.

Что вокруг, не сон ли это?

Все блистает, все горит,

И кругом так много света,

И душа уж не болит.

Даже воздух неподвижен,

В этом царствии Зимы,

Так торжественно величен

Сей приход ее красы.

Зима-портниха

Разошлась Зима, разгулялася,

Накроила, намела,

В шубы белы нарядилася,

Хороводы завела.

Вмиг укутала в шали белые

Ели, ивушки, дома,

Остудила воды быстрые,

Снегом речку замела.

Разукрасила все узорами,

Расстелилася ковром,

И январскими морозами

Застудила все кругом.

1994 г. – 2004 г.

Мне тигрицу, что мягко крадется

Мне тигрицу, что мягко крадется

По сухим листьям, тихо упавшим,

Не увидеть – она не вернется,

Плачь, так глупо ее потерявший.

Пусть туман, как завесой, закроет

Боль и радость, любовь и печали,

Первый снег все следы эти скроет,

Птицы в небе «прощай» прокричали.

Ну а я все ищу, все надеюсь,

В шуме ветра и в шорохе листьев

Ту, с которой я все-таки встречусь,

Безысходности гарь с души счистив.

Мысли, мысли, откуда вы, мысли

Мысли, мысли, откуда вы, мысли,

Над моею несчастной главой,

Мои чувства молочно прокисли,

И оскомина душит собой.

Мне ль не чувствовать вкуса отравы,

Мне ль не плакать над горькой строкой,

Ах, Наталья, вы все-таки правы,

Вот про этого, с рваной душой…

Мысли, мысли, зачем же вы, мысли,

Заставляете думать, терпеть,

Без мелодии струны провисли,

И на них не сыграть и не спеть.

Думы, думы, заблудшие думы,

Ни начала, ни края у вас,

И мечусь я меж вами, безумный,

Вы и в прошлом моем, и сейчас.

Имя тихо шептал и забылся

Ветер горький, пропахший полынью,

Имя тихо шептал и забылся,

Перепутал все буквы и с ленью

В небесах сине-серых укрылся.

Я пытался сложить имя снова,

Но оно рассыпалось дождями,

Словно скинув земные оковы,

Разметалось страданье горстями.

Нечто крепко держало у края,

Перетерлось о выступ сознанья,

От испуга взметнулась вдруг стая

Чувств, что создало мирозданье.