В этот раз я родился… или Путешествие Души. Часть первая

Для родов и ребёнка ради шлю тебе лекаря от себя. Не чаю больше пяти дней или недели задержатца, и, упъравя все дела, поедет на почьте к тебе.

Дай Боже, чтоб ему скоряй быть и здорово застать.

Остальное сей доноситель, денщик мой Гришка Чернышёв, тебе волю мою на словах поведует.

Писано из села Преображенскаго, в лето от Рождества Христова одна тысяча шестьсот девяносто девятого, октября первого дня.

Piter».

Прочитала вот, и чуть спокойнее становится. Милостив государь, и слава Богу. Да и правда, что ж! Ведь то, что мне, инокине, суждено будет собственное дитя воспитать, и не рассчитывала даже.

Хотя надеялась. Тяжело отрывать ведь от сердца кровинушку свою, кто ж такое пережить может? Но что делать, я ведь не простолюдинка какая и не боярская дочь, а царевна, да инокиня тож, и этим всё сказано. Глава семьи и государь велел, значит, закон сие.

Поплакала я горько, помолилась, и ещё поплакала, и помолилась. Писать государю, брату моему, на сие его послание не стала, зачем.

Отрядила только денщику Чернышёву передать на словах покорность слову великого царя и великого князя, да здорову быть.

Действительно, через неделю прибыл ко мне почтой дохтур государев, Пётр Постников. Улыбчивый и разговорчивый молодой человек. Заглавным делом рассказывает, что первый из Московского государства получил степень доктора философии и медицины в латинском городе Падуе, а до этого окончил Славяно-греко-латинскую академию в Москве. Служит при царском дворе дипломатом и переводчиком и недавно с посольством брата Петра объехал всю Европу.

А ещё сказывает, что переводит Коран – магометанское священное писание – на русский язык с французского перевода.

Приступает после к осмотру и хмурится тут сильно. Говорит, что плод силён и развит, но в неправильном предлежании пребывает, что без чревосечения или королевских родов тут не обойтись. Латинское слово caesarea мне, конечно, знакомо, и что оно означает – тоже. Как известно, бабка моя, тож Марфа, таки родила чревосечением своего сыночка Никифора Никитича, да жива осталася и потом родила сама ещё четверых детишек.

При сём лекарь мой заявляет и успокаивает, что сам принимал уже такие роды и надеется на лучшее. Что ж, так тому и быть, значит, и сие испытание Господне мне предначертано.

По введении государем монополии на торговлю лекарственными средствами оные, по нужде и рецептуре Постникова, доставлены были из Главной аптеки, что напротив Чудова монастыря.