Морозова и другие

 – Держи!

В конверте оказался пригласительный билет в Московскую консерваторию на первое прослушивание оперы Родиона Щедрина «Боярыня Морозова». Я решила обидеться.

– Что за намеки?

– Ты это про что? – удивленно спросила Светка.

– Про фамилию.

– Да ну тебя! – махнула рукой Светка. – И в мыслях не было! Родион Щедрин написал оперу, о которой ты мечтаешь. Без оркестра.

Я молча рассматривала билет. Внутри какой-то чертик бешено орал от счастья!

– А-а-а! – заорала я в дуэте с этим чертиком.

 – Значит, можно ведь! А то меня все затюкали, типа я новый жанр хочу создать и нарушить все музыкальные каноны!

– Музыкальный мир Москвы только об этом и говорит, – сказала Светка. – Все ждут премьеру. Критики уже заточили перья и приготовили блокноты. Такое событие! Сам Родион Щедрин! Хотя ты знаешь, я не поклонник его творчества.

Я это знала. Светка не любит инструментальную музыку, особенно ту, которую, как она говорит, нельзя напеть. Например, она не любит Стравинского и Шнитке.

Когда мы изучали творчество Родиона Щедрина, я ей показала партитуру «Анны Карениной». Светка почитала ее и сморщила нос. Но на репетицию пришла и тихонько села возле двери. Пашка Белинский должен был тогда дирижировать, и он, когда увидел Светку в последнем ряду, сразу расправил плечи и подтянул живот. Еще бы! Сама Светлана Белозерская пришла! На мой взгляд, Пашка дирижировал безукоризненно и потом все время косил глаза на Светку, ожидая похвалы. Но Светка так же тихонько вышла и на Пашку даже не взглянула. Бедный Пашка! Как он расстроился. Он-то подумал, что она пришла на него посмотреть.

– Ничего романтического я в этой музыке не услышала, – сказала мне потом Светка. – Конечно, Майя Плисецкая своей пластикой украсит любую музыку. Может, я чего-то не понимаю, но больше такого мне не показывай.

И вот теперь я в руках держала пригласительный билет, который моя любимая подруга где-то достала, зная про мое уважение к Щедрину и про мою мечту.

Я растрогалась и обняла ее.

Светлану Белозерскую я впервые увидела в малом зале нашей консерватории. Кафедра сольного пения приглашала всех желающих на концерт студентов четвертого курса. Вход был платный, но студенты консерватории заходили свободно. Нужно было только предъявить студенческий билет. Я пришла самой последней, бегать по залу уже было нельзя, и я села на свободное место в первом ряду. Напротив меня как раз стоял рояль.