Солнечная сторона

»

Он прочитал письмо дважды, потом убрал в конверт и спрятал в ящик стола.

Потом достал из другого ящика старый автомобильный журнал.

У деда был друг-однокурсник, много лет проработавший в институте автомобильного транспорта. Он достал для Соболя-младшего штук десять зарубежных автомобильных журналов и каталогов автомобильных фирм.

Соболь открыл журнал в хорошо знакомом ему месте – все эти журналы и каталоги он мог пролистать по памяти, вспомнив каждую страницу; он смотрел их огромное множество раз.

Но на открытой им странице важен был не автомобиль; вернее, не он в первую очередь. Автомобиль там, конечно, имелся – красный, как ему и полагается, «Феррари» семидесятых годов. А кроме того, на картинке пребывала леди лет двадцати пяти, только что из него выбравшаяся, и дом среди сосен метрах в тридцати позади, словно на склоне холма – к нему поднималась узкая пешеходная дорожка.

Эту картинку Соболь смотрел с первых сознательных лет. Ребенком он видел на ней только «Феррари».

Потом его заинтересовала архитектура дома – верно оттого, что это был загородный дом, а Соболь с очень раннего детства предпочитал дачу Москве. Но в какой-то момент он, разумеется, заинтересовался и леди.

К тому времени, что было на картинке, из рекламы исчезли и странноватые на взгляд Соболя типажи пятидесятых годов, и утрированно-гламурные образы вроде Катрин Денев в «Дневной красавице» или Одри Хэпберн в «Завтрак у Тиффани». Конечно, он не видел этих фильмов тогда, но впоследствии именно они создали для него самые запоминаемые типажи тех времен.

Леди на картинке отражала уже эпоху, когда хиппанство решительно потеснило гламур. Вместо невыразительных юбочек – расклешенные джинсы, вместо непойми чего – обтягивающая водолазка, а вместо прически, существующей только благодаря гелю для укладки – прямые, расчесанные шатенистые волосы до середины длинной, узко-гибкой спины. Все это было приятно, и не портило впечатления.

Но создавало впечатление не это.

Его создавало лицо.

Наверное, его следовало назвать красивым. Но красота бывает разная. Бывает, она – просто правильные черты, за которыми ничего нет. Бывает – она отталкивает, как неосознанно отталкивали Соболя всякие признаки детскости в лицах взрослых женщин. А бывает – она побуждает мечтать, и наделять свою обладательницу всеми мыслимыми достоинствами.

Лицо леди с «Феррари» побуждало мечтать. Оно казалось очень взрослым.