Солнечная сторона

Кроме того, он сразу подумал, что волосы у Мисс Август крашеные, потому что такой цвет встречается очень редко, и волосы были слишком хорошими для него – все школьные блондинки, которые явно не красились, уступали качеством волос школьным шатенкам-брюнеткам. Так вот – вовсе не цвет столь приятно его удивил, а сам стиль. Стиль «просто хорошие волосы». Где-то посередине спины их ровно обрезали – вот и все. Ну, и не забывали расчесывать. Соболь сразу узнал этот стиль – простота качества, простота уровня, простота идеала.

Подружки подошли, наконец, к черноплодному кусту, и – вот совпаденье – к этому моменту Соболь как раз признал, что черноплодка еще не созрела.

Он повернулся к ним и улыбнулся:

– Добрый день, леди…

Мисс Подружка тоже улыбнулась. Мужская интуиция, тогда еще едва просыпающаяся, тотчас подсказала Соболю, что это не просто улыбка, что Мисс Подружка имеет что-то в виду. Он сразу припомнил, что на тех тусовках дачной компании, которые он смог посетить между экзаменами, она пару раз заговаривала с ним о чем-то ни о чем.

Мисс Подружка было в целом ничего, но и ничего такого, что привлекало бы Соболя, в ней не было, и эти разговоры он сразу забыл.

Позднее он думал, что, вероятно, отражение красивой победы на экзаменах в тот момент все еще не пропало в его облике. А кроме того, ему очень нужна была пятерка по физкультуре в аттестат – для получения высокого общего балла, который давал преимущество при поступлении в институт. С начала девятого класса он стал регулярно тренироваться с гантелями и бегал – по дороге в школу и из нее, всякими задворкам, подальше от выхлопных газов.

Он даже не поленился прикрутить к стене своей комнаты перекладину.

Два года физкультурных приключений изменили его так, что он сам этому удивлялся. На прессе, руках и плечах появились мускулы. И двигаться он стал как-то естественнее и легче – он очень следил за тем, чтобы не закрепощаться, чтобы растягиваться и делать побольше широких, свободных движений.

Себя-прежнего, тощего угловатого подростка, он всегда немного стеснялся; ему казалось как-то даже нечестно предлагать девушкам такой неказистый товар. Собой-нынешним он гордился. И не только результатом, но и процессом, на который не у каждого хватает настойчивости, и который сам по себе уже немаленький результат. И хотя тогда он не думал об этом, но эту его гордость собой с элементами самолюбования замечали, наверное, все леди, что попадались ему на пути.