Планета Suomi

Мне нравится изобретать, вот я и делюсь с Гошей некоторыми разработками, рисую ему схемы и объясняю принцип действия какой-нибудь совершенно новой конструкции. Скажем, новый вариант посудомоечной машины для мамы, а до этого занимался стиральным агрегатом. Чего-то меня все бытовая техника притягивает!

А сейчас и поделиться особенно не с кем. Папа все время на своей работе, мама занимается вышиванием, а к технике у нее душа не лежит, поэтому она в моих изобретениях ничего не понимает. Гоша хотя бы умел слушать и задавать вопросы.

Теперь выкручиваюсь один, но часто думаю о старшем брате. Как он там, без меня, мой бедный романтик!

Викинг

…Не важно, сколько осталось, страшно – не успеть. Не успеть отдать.

А отдать хочется так много, всего себя: ведь мне столько дано, я такой богатый!

Плыву и думаю, какой же я большой и красивый, меня отовсюду видно, куда ни кинь взор. И с маленького острова, и с крутого побережья – везде мне машут руками, приветствуют меня и улыбаются, когда я проплываю мимо.

Как приятно быть узнаваемым, любимым, необходимым!

Я же как соединительный мост между двумя берегами, и не просто какими-то речными бережками, когда с одного берега виден другой. Я соединяю берега Морские, далекие-далекие друг от друга. Один из них принадлежит одной стране, второй относится совсем к иному царству-государству.

Две небольшие северные столицы, два различных мира – я привязан к обоим. Мила мне столица и та, что помоложе, откуда я выплываю каждый вечер, и та, что постарше, подревнее, куда я приплываю каждое утро.

А плыву я в любую погоду. Северное лето короткое: чуть погреет солнце, порадуют теплые денечки, небо ненадолго сольется с водой голубизной и сиянием, – и… зарядят дожди. Морская вода набухнет, станет тяжелой, свинцового оттенка.

В такую погоду я еще больше люблю плыть, потому что особенно нужен своему лучшему Другу. Осень и Море не очень совместимы. В это время его реже навещают Лодки под парусами, никому не хочется залезать в холодную воду, никто не теребит Море и не плещется в его волнах.

И я, конечно, спешу на помощь и выручку. Мы почти сразу начинаем разговаривать с ним, и не можем наговориться, и не можем остановиться.

– Холодно стало, – говорит мне Море, будто я и сам не чувствую порывы осеннего ветра, промозглость и сырость воздуха.

Диалог надо с чего-то начинать, пусть даже с очень незначительного и отдаленного.