Семейная сага. Сборник. Книга I

Она не может понять причины.

Родное тело лежит на циновке бледное, одинокое. Листы незаконченного романа веером раскинуты на столе. Как далеко, как давно…

Рекан меняет людей. У Мичи чешутся руки. Знакомое волнение охватывает пальцы. Сесть за стол. Выплеснуть на бумагу. Написать. О несчастной Чио, о спятившем Рюу, о незадачливой Мичи. Об отеле, где отдыхает смерть.

Слезы падают на белые листы. Чио плачет в темноте каморки.

_________________

– Ты готов, Рюу? – Госпожа касается плеча юноши.

– А ты готова? – он стоит полубоком у входа в женское отделение онсена.

Слетает кимоно. Она входит в горячие воды, манит рукой.

– Мы договаривались об одной ночи, – рот наполняется горечью. Рюу с трудом перебарывает желание подчиниться призыву.

– Солнце ещё не село, – воркует Госпожа. Чёрные волосы цветком распускаются по глади вод. Она наслаждается обжигающим теплом.

– Позови своего самурая.

– Он ничто без доспехов.

– Ты омерзительна.

– И все же ты не сводишь с меня глаз.

Она погружается в источник с головой.

Госпожа закончит омовение. Рюу подаст кимоно. Они поднимутся к девушкам, плачущим по обе стороны каморки. Все получится, твердит Рюу, проговаривает про себя план.

Из рекана доносится шум. Крики. «Мама», – узнает Рюу. Что-то случилось. Случилось именно сегодня.

Брат лежит у стойки. На рубашке расползается пятно крови. Кровь капает с тонкого лезвия катаны.

– Воля Госпожи, – самурай кланяется Рюу. Он всего лишь слуга.

Рюу зажимает рану. Брат еще жив.

«Братик, я вырасту и буду, как ты. Смелым и сильным». «Мужчина должен защищать свою семью». «Ты влюблён, брат. Ты краснеешь, такой глупый вид». «Рюу, рекан наш дом, ты всегда будешь его частью». Младший, беспокойный, неловкий, следующий правилам. Преданный семье. Преданный Рюу. Заметающий за ним следы. Тянется окровавленной рукой, оставляет страшный след на щеке старшего брата. Заглядывает в глаза, ищет помощи.

Виноват. Во всем…

– Чтобы ты не наделал глупостей, мальчик, – с волос Госпожи стекает вода. Не облачилась в кимоно. Нагота как издевка над умирающим.

– Госпожа, – это Хакусана, ещё надеется.

– Нет, – госпожа слегка толкает Рюу ногой, – пойдём.

– Самурай вытирает меч. Ему велено сопровождать их.

Глава 9

Духи разбегаются. Порывом ветра, как только открывается дверь.