Семейная сага. Сборник. Книга I

Накануне осеннего солнцестояния мужчина пришёл поникший, чтобы сообщить о своём уходе. Он обещал, что будет часто навещать их, но слова не могли иссушить горьких слёз ребёнка.

Айрис же испытывала странное удовлетворение от того, что не поддалась на красивые россказни лживого друида.

Ещё долго Брееда ходила мрачной, но с наступлением зимы примирилась с потерей.

Жизнь всей деревни потекла в привычном, немного скучном, русле.

***

Однако, Кехта не обманул, и ранней весной, как только природа скинула с себя многомесячное оцепенение, друид вернулся.

Он уходил и приходил, иногда задерживаясь всего на несколько дней, но чаще на целый лунный цикл. Брееда всё сильнее прикипала к отцу, и каждый раз ждала его с поистине детским нетерпением.

Жители деревни тоже привыкли к частым визитам ведающего, и теперь уже не устраивали ему шумных встреч.

На третью весну начала сдавать свои позиции и Айрис, ко всеобщему изумлению разрешив Кехта поселиться в их хижине.

Глава 7 Айрде

Когда ты стихия, трудно идти против природы.

Первые годы своего существования ветром я просто летал. Наслаждался скоростью, могуществом, ощущением безграничной свободы. Наращивал силы от лёгкого бриза, едва тревожащего листья на деревьях, до настоящего урагана, способного разрушать целые деревни.

Проблема в том, что научившись быть сильным, сложно держать себя в рамках. Я ведь никогда не хотел вредить людям. Они сами оказывались на моём пути…

Другое дело ведьмы. В них текла магия так схожая с той, что создала меня.

Я пасовал перед их силой и страшно завидовал тому, что они сами ею управляют. Мне, бестелесному духу, это было недоступно.

Не знаю, сколько лет прошло с момента моего рождения, но однажды я понял, как устал быть ветром. Бесцельно летать по полям и лесам, завывая от собственной беспомощности и бесполезности. Мечтать иметь плоть, чтобы почувствовать тягучую прохладу воды и не иметь ни единого шанса на исполнение этого желания.

Да, я пал духом, как бы странно это ни звучало.

Заполз в небольшую пещеру и долгие месяцы пугал воем жителей соседней деревеньки. Так и остался бы там, пропитываться затхлым воздухом и обрастать легендами, но однажды в моё добровольное изгнание ворвались голоса.

– Завтра они проведут обряд и отнимут у девчонки магию. Трусливые старицы! Кто дал им право противиться пророчеству?

– Тахра, но если оставить всё как есть, в наш мир придёт фомор. Разве ты не боишься этого?

– Он и так придёт.