Сны о России. Книга первая. Белые купола

Вспомнит, как поцарапал шашку,

Провожая меня на войну.

Мне теперь не гулять у Дона,

Не крестить своих сыновей,

Не заняться крыльцом у дома,

Не водить табуны коней.

Не сидеть мне за Кругом общим,

Не встречать с любимой рассвет,

И не пожил я даже, в общем

Было мне восемнадцать лет…

Я НЕ РАССТАНУСЬ С БОЛЬЮ НИКОГДА

Я не расстанусь с болью никогда,

Мне каждый день – укором и призывом.

А по ночам – бескрайние поля,

И я скачу, скачу с лихим мотивом.

Но краток сон, божественный, прекрасный.

А за окном – все та же суета.

Чужая речь, бурбон кроваво-красный,

Парижских крыш постылых чехарда.

В стенном шкафу пылится старый китель,

И под иконами пытаешься уснуть.

Где та страна – Всевышнего обитель,

Страна, которую обратно не вернуть?

Бесцельно проживая свои годы

Среди не русских, не родных людей,

Я вспоминаю вешние восходы

Такой далекой Родины моей.

Раздолья нет. Душа сидит в темнице,

А сердце жаждет обрести покой.

Взглянув на небо – породниться с птицей

И вместе с нею улететь домой…

БЕРЕГ ЛЕВЫЙ, БЕРЕГ ПРАВЫЙ

Берег левый, берег правый,

Старый катер да камыш.

Под рубашкой крестик малый,

А вокруг – такая тишь…

И заря легла на травы

И бескрайние поля,

И далекие дубравы

Шепчут, листьями шурша.

Пропоет петух на крыше,

Подхватив собачий лай,

Я прошу вас быть потише.

– Спи, мой мальчик, засыпай…

Ведь последней была ночка.

Словно чуяла беду,

Провожала я сыночка

На Великую войну.

Как любил вставать он рано,

Первый парень на селе.

Ну а я все слышу: – Мама,

Я еще вернусь к тебе…

Не вернулся мой соколик.

Забрала его война.

Стул, кровать, да ветхий столик,

Да цветочки у окна…

УХОДЯ – УХОДИ

Уходя – уходи, не проси снисхождения.

Вспомни тех, кто уже не поднимется в рост.

Может, это и будет твоей целью рождения —

Непокорным уйти на безвестный погост.

Может, это и будет – уставшая память,

Если пуля твоя за тобой не пришла.

И на долгие годы будут медленно таять

В твоих снах разоренных церквей купола.

И спасения нет – от себя не укрыться.

Здесь, в далекой дали, ты навеки чужой.

Не поставить свечу, не, скорбя, преклониться,

Не коснуться десницы уставшей душой.

Но остаться собой, сохранить свое сердце,

Понимая, что время назад не вернуть.