Каракули гениального графомана. Лучшее

И вой, разорвет тишину на прощание.

Ты волк-одиночка, что может любить не любя.

Прости за любовь и за то что забыть не сумела,

За слезы прости, и прости неуместный мой плач.

За взгляд на тебя неуверенный, робкий, несмелый.

За всё, умоляю, прости, мой судья и палач.

И пусть никогда не вернется и не повторится,

Мгновенье любви, ради этого стоило жить.

И вольному-воля, а небо открыто для птицы.

А я всё-равно буду ждать, буду ждать и любить.

Волчья Любовь

– А что ты знаешь про любовь?

Спросил волчонок у волчицы.

– Любооовь? Она волнует кровь.

И заставляет сердце биться.

– И у тебя всё это было?

Глаза волчонка заблестели.

– А ты любила, мама?

– Дааа… Любила.

Слова, как листья, шелестели.

– То был красивый, сильный волк,

В глазах огонь, а в лапах ярость.

Одним лишь взглядом только мог,

Испепелить врагов, казалось.

Нас гнали злые егеря.

Весь лес флажками был окружен,

Всего два волка – он и я.

Против собак и против ружей.

Мы мчались вместе, бок о бок,

Без слов друг друга понимали,

На что способен этот волк,

Не знали егеря… Не знали.

Кончался лес.

Овраг.

Обрыв.

На миг застыли волки, люди.

Над пропастью раздался рык:

– В неволе никогда мы жить не будем!

Зияла пропасть чернотой,

Свобода бездною манила,

– Ты как? Со мной?

– Да. Я с тобой!

И мне совсем не страшно было.

Рвались собаки.

Мы в прицеле.

Толчок. Прыжок.

И полетели.

Сквозь темноту прорвался солнца свет,

Болело тело, словно рвали жилы,

И тишина, охотников здесь нет.

– Мы живы, Боги!

– Да. Мы живы.

Лежали рядом – я и он,

Зализывая раны друг у друга,

Смогли, ушли, прошло, как страшный сон.

Нет больше страха, больше нет испуга.

С тех пор мы были неразлучны.

Везде мы вместе, как один.

А ночью зимней, ночью вьюжной.

На свет явился ты, наш сын.

Идиллию нарушил лай собак.

И голоса охотников уж слышно.

Ну почему судьба жестока так?

Мы в логове лежим, молчим, не дышим.

Металось сердце от отчаянья,

– Останься с сыном! – прошептал.

– Я не умру! Я обещаю. Я уведу их.

И пропал…

Дремал давно уж сын под боком,

Волчица кончила рассказ,

Никто не видел волка мертвым,

А значит, он живет средь нас.

Общая беда

Одна страна напополам разделена,

Мир варварский давно огнем объят,

Идет война и жертв уже немеренно,

Как много пало молодых ребят.