Однажды в Грузии

Царь был чрезвычайно деятельный человек, и в его лице Нина обрела мощного союзника. Мириан тут же послал к императору Константину гонца с просьбой прислать ему епископа и священников. Константин охотно отозвался на просьбу царя и кроме просимого прислал часть Креста Господня и один из гвоздей, которыми был прибит к дереву Христос. Царь, царица и их дети крестились вместе с остальным народом в реке Арагви.

Царь Мириан вместе с Ниной окрестили практически всю Иверию. Царь рвался и дальше нести веру Христову, но Нине категорически не понравился предложенный им метод: Мириан собирался развязать войну и силой принудить язычников принять Христа.

«Не велено нам Господом браться за меч; Евангелием, Честным и Животворящим Крестом покажем им путь истинный», – остудила его пыл Нина.

Так рука об руку они и продолжали проповеди христианства. После них Грузия уже не обращалась в язычество, хотя, конечно, были и отступники, время от времени пытавшиеся гнать веру Христову. Но грузинский народ был уже христианским и от этого не отступал.

Поэтому Грузия по праву считается страной, одной из первых полностью принявшей Христа. Хотя ей и пришлось отстаивать свою веру в боях – против неё выступала огнепоклонническая Персия.

Когда Нина умерла, царь похоронил её в городе Бодбе – современном Кахети – и построил над её могилой храм в честь святого Георгия Победоносца, уже прославленного церковью родственника равноапостольной Нины.

Размышляя обо всем этом, я вспомнил, как однажды в мае этого года у меня началась депрессия, что-то беспокоило, я не мог найти себе места, как будто что-то меня тревожило и мучило.

Сколько себя помню, я редко запоминал свои сны, но в это время часто приходили какие-то странные, непонятные видения, от этого мне становилось не по себе. Одним словом, не понимал, что со мной происходит, меня как будто душило что-то. И я решил полететь к Средиземному морю в турецкую Анталию, благо отсюда не так уж далеко, подумав, что может быть, у моря отпустит меня хандра, с мыслями соберусь. И все же, прилетев в Анталию, я так и не мог найти себе места, уже всю Анталию обошел вдоль и поперек, но что-то меня продолжало мучить. В тот день я заказал в баре бутылку виски «Джек Дэниелс», опустошил один всю бутылку, посмотрел на балкон и подумал, не выпрыгнуть ли с него. Но эта мысль улетучилась быстро, едва я подумал о родных.

Утром, встав с тяжелой головой, пошел на завтрак, когда вдруг ко мне подошел представитель туристической компании.