По краю пропасти

Некоторые не могли ужиться на новом месте и срывались почти в чём мать родила на родину.

Один из его сокурсников уже через год практически бежал домой через Коломну. Хотя днём уже хорошо пригревало солнце, но парень был в одной майке и вечером ёжился от холода, так что Андрею пришлось отдать ему свою рубашку.

Через пять лет все понемногу устроились: кто там, куда был направлен, другие по возвращении в родные пенаты. И наиболее инициативные организовали встречу бывших сокурсников, естественно, в Днепропетровске.

За пять лет никто ещё существенно по карьерной лестнице не продвинулся, так что встречу провели в студенческой кафешке с очень скромным набором блюд.

Но зато наговорились вволю, у каждого была масса новостей. Почти все отмечали, что, приехав на новое место, они обнаруживали там физтеховцев более ранних лет выпуска, причём многие из них были уже начальниками лабораторий и даже отделов, а на производстве командовали цехами. Чувствовалось, что специалистов физтеха ценили, это было приятно и как-то обнадёживало в плане личных перспектив.

Атмосфера встречи была очень тёплой, все были рады снова увидеть бывших сокурсников. Не так давно сняли Хрущёва, новым главой страны стал Брежнев. С удовольствием делились анекдотами. Про ещё свежие впечатления от правления Хрущёва рассказывали:

– Что Хрущёв не успел сделать?

– Разделить министерство транспорта на два – «Туда» и «Обратно».

Кто-то тут же добавлял:

– В одном селе муж и жена поссорились, и жена побежала жаловаться в райком партии – мол, муж-кузнец грозит убить её молотом.

А секретарь райкома отвечает:

– Это вы, гражданочка, не по адресу, у нас сельский райком, вот если бы он серпом…

Местные вспоминали, как во время приезда Хрущёва в Днепропетровск он ехал из аэропорта в открытой машине, и стоявшие на обочине люди кидали в машину букеты цветов, и почти в каждый был завёрнут булыжник, после чего Хрущёв заявил:

– В Днепропетровске народ некультурный.

К сожалению, пошли первые потери.

Учившийся в одной группе с Андреем Вадим в конце пятого курса разбился на мотоцикле.

Особенно остро переживал Андрей смерть своего приятеля Юры Куличихина, с которым они почти все пять лет учёбы на лекциях просидели за одной партой.

Списки с фамилиями принятых на физтех с разбивкой по группам вывесили буквально накануне первого сентября – во всяком случае Андрей их увидел то ли тридцатого, то ли даже тридцать первого августа.