Прятки

Майор как-то косо, с подозрением глянул на подчиненного, но не счел нужным объяснять причины продолжения розысков.

– В общем, так, – подытожил уже серьезнее, – не занимаешься больше ничем, кроме поисков этой… – вспоминая имя девушки, мужчина запнулся, щелкнул в воздухе пальцами.

– Самойловой, – подсказал Саша, на что Шведов согласно кивнул:

– Вот-вот, – и мотнув головой в сторону двери, скомандовал: – Давай вперед.

Не сказав больше ни слова, подавив разгоравшийся где-то глубоко внутри гнев, Воронов покинул кабинет начальства.

Едва сдержался, чтобы не приложить со всей дури дверь о косяк. Нахрена она им нужна?!

Пришлось заново начинать поиски, пускаться по тому же самому кругу, что он уже сделал. Логически исключив вероятность появления девушки по домашнему адресу, Воронов решил с утра еще раз наведаться в ее учебное заведение. Он сильно сомневался, что та рискнет появиться на занятиях, но начинать с чего-то следовало бы, а именно с выяснения круга ее ближайших друзей и знакомых.

Не скрывая обеспокоенности судьбой своей не самой плохой студентки, но внемля просьбе оперативника не поднимать раньше времени шум, завуч медколледжа поведала ему о самой близкой подруге Самойловой – Ольге Григорьевой.

Согласилась пригласить ту в кабинет и лично присутствовала при беседе, ожидаемо оказавшейся пустой. Григорьева на все вопросы давала одинаковые ответы: «Ничего не знаю», «Сашку не видела». Чувствуя за спиной поддержку, девушка отвечала уверенно и бойко, но Воронова ее заезженные реплики не впечатлили. Если и беседовать с ней, то только наедине.

– Я, правда, ничего не знаю, – стараясь говорить убедительно, пыталась избавиться от назойливого внимания опера Ольга. – Не видела ее уже несколько дней, по телефону не разговаривала, где может быть, не знаю, – смотря Воронову прямо в глаза, чтобы у него не возникло подозрений, что она лжет, и сразу же предупреждая всевозможные вопросы, отчеканила быстро и развернулась, чтобы уйти. – Вы извините, мне пора.

– Телефон мой запиши, – остановил ее Саша.

 – На всякий случай. Вдруг она появится. И передай ей, что я хочу помочь. Пусть позвонит, – когда Ольга, вытащив телефон, послушно вбила диктуемые цифры, Воронов неожиданно велел: – Теперь меня набери, – тем самым заполучив себе номер девушки. Мало ли, вдруг пригодится.

Подозрительным ему показалось и поведение девушки после того, как он ее отпустил. Уходя, она несколько раз коротко оглянулась, словно пыталась удостовериться, что он ее не преследует.