Дядя Бернак. Тайна Клумбера. Роковой выстрел (сборник)

– Нельзя сказать, чтобы ты очень приветливо и гостеприимно встретила своего кузена, – резко сказал он. – Судьба дала нам в руки его имение, и не нам напоминать ему об этом.

– Он не нуждается в напоминаниях, – возразила она.

– Вы несправедливы ко мне! – воскликнул я, потому что очевидное презрение и нескрываемая неприязнь ко мне этой девчонки раздражали меня. – Правда! Я не могу забыть, что этот замок и земля – наследие моих предков. Я был бы бесчувственным человеком, если бы мог забыть это, но вы ошибаетесь, думая, что это воспоминание должно наполнить горечью мою душу.

– А теперь самый благоприятный для этого момент, – сказал дядя, – именно теперь готовятся важные события, и, если в это время вы будете при дворе Императора, я ручаюсь, что вы будете в центре событий. Ведь правда, вы согласны служить ему?

– Я стремлюсь служить своей родине!

– Это возможно только служа Императору, потому что без него снова настанет ужасная, гибельная анархия!

– Из всего услышанного вы можете видеть, что теперь нелегкая служба, – сказала моя кузина, – я думаю, вы гораздо спокойнее и безопаснее чувствовали бы себя в Англии, чем здесь.

Каждое ее слово, казалось, было сказано с целью оскорбить меня, хотя я совершенно не понимал: чем я мог вызвать эти оскорбления! Никогда еще я не встречал женщины, в которой я возбуждал бы такую ненависть и презрение к себе. Но я видел, что ее поведение задевало также и моего дядю Бернака, потому что его глаза все время, пока между нами шел разговор, гневно сверкали.

– Ваш кузен храбрый человек, вот все, что я о нем могу сказать! – воскликнул он.

– На какие дела? – колко спросила она.

– Не все ли равно! – злобно оборвал дядя. С видом человека, боящегося, что он не сможет совладать со своим гневом и скажет больше, чем нужно. Бернак соскочил со стула и выбежал из комнаты.

Она казалась встревоженной этим его движением и тоже встала, как будто желая последовать за ним.

– Я полагаю, вы никогда не встречались со своим дядей прежде? – сказала она после нескольких минут неловкого молчания.

– Никогда! – ответил я.

– Что же вы подумали, когда встретили отца?

Подобный вопрос дочери об отце поставил меня в тупик. Я понял, что он хуже, чем я даже предполагал, если стоит так низко в глазах близких и дорогих ему лиц.

– Ваше молчание – вполне определенный ответ, – сказала она, когда я колебался, не зная, что сказать.