Герои моего времени

– Может, пряничка хочешь, милок? – спохватывается баба Тася. – Так я сейчас…

– Спасибо, не нужно, – останавливает Денис её порыв.

– Ну, как знаешь… А то я мигом! В бытовке…

Скрип петель и хлопок двери не даёт ей закончить. Она умолкает, настораживается, всё внимание обращая к входу. Там в дверном проёме появился высокий широкоплечий мужчина лет пятидесяти. Он моложав, лыс, над верхней губой пышные смоляные усы. Рукава белой рубашки закатаны по локоть, обнажая мощные, мускулистые предплечья. Чёрные брюки безупречно отглажены.

Игорь Аркадьевич Чайкин, узнаёт мужчину Денис.

Игорь Аркадьевич преподаёт историю. Он, что называется, преподаватель от Бога. Из любого урока умеет сделать настоящее представление – такое, что учеников и после звонка из класса не выгонишь, без перерыва готовы слушать, что же такое творилось при дворе какого-нибудь Людовика или Николая.

Проходя мимо вахты, Чайкин приветственно кивает.

– Здравствуйте! – отвечает Денис.

Чайкин направляется дальше, но через пяток шагов оборачивается и произносит, остановившись:

– Погодите-ка… – он морщит лоб. – Стрельников, если не ошибаюсь. Так?

Денис, кивнув, встаёт.

– Я, Игорь Аркадьевич.

– Помню, помню, Ваш реферат.

За реферат, который припомнил, Игорь Аркадьевич ученику одиннадцатого класса Стрельникову Денису поставил «автоматом» пятерку в полугодии и потом долго приводил в пример за глубину изучения и стиль изложения материала.

– Какими судьбами?

– Так на работу он, – отвечает баба Тася.

– То есть?

– Устраиваться, значит, пришел, – продолжает отвечать уборщица.

Брови историка приподнимаются.

– Вот как? Серьёзно?

– Вполне, – подтверждает Денис.

– Хм, ну, что ж… Идёмте.

– Куды это? – настораживается баба Тася. – К Матвевне он!

– Ничего, успеет ещё, – успокаивает её Игорь Аркадьевич, – а пока я с ним пообщаюсь.

Денис бросает вопросительный взгляд на уборщицу.

– Иди уж… – милостиво разрешает она, потеребив пуговицу халата. – Как Матвевна объявится, позову.

…В кабинете истории, судя по всему, ремонт был закончен не так давно. Здесь ещё витают его запахи. Распахнув окно, Чайкин усаживается за стоящий у доски учительский стол. Указывает на ближайшую к нему парту:

– Располагайтесь. И что же Вы жаждете преподавать? – осведомляетя он, наблюдая, как Денис усаживается.

– Иностранный.