Гавриил. Только ветер

 – штрафы выписывать водителю школьного автобуса! Что с нашей страной творится?». Директриса всегда разделяла его взгляды, но если бы услышала, как он что-то «втюхивает» им про коррупцию, то тут же выпроводила его на долгосрочный бесплатный отпуск. Большинство взрослых не хотели бы, чтобы дети думали, что они живут в «плохой» стране. «Ведь она не плохая, ведь все у нас хорошо!» – твердили взрослые. И правильно, что пытались скрыть, может дети бы за незнанием худшего все сделали бы лучше. Но это не точно.

Александра увидела пристроившийся сзади серебристый неприметный автомобиль…

– Ну что, маленькая стерва, пришло время отправиться на корм рыбом, – сказал Степан Викторович и рванулся к Саше, – в этот раз никто не взорвется, и я тебя порежу! – его лицо стало расплываться черной слизью, кипящей.

Александра бросилась на окно…

Александра открыла глаза и увидела как летит на пол с кровати. Никто не услышал шума. В автобусе девочка кричала во все горло, когда проснулась, то не могла издать и звука.

Перевернулась на спину, увидела пса у ее ног, поползла на локтях, потом перевернулась на живот и двинулась к шкафу, когда добралась до двери, то, открыв ее, увидела девочку в белом. Она протянула к Саше руки, положила плечи, девочка завизжала, глядя на красное расплывающееся пятно посредине груди девочки в белом.

– Я здесь, моя хорошая, тщ, тихо, никто тебя не обидит, пока я здесь. – прижался к Сашей Гавриил и обнимал за плечи. Детские объятие такие нежные. Но сейчас это были вовсе не детские объятия, это скорее напоминало отца, который успокаивает дочь после кошмара.

Но тот был не кошмар.

– Гавр… Гавриил, эта девочка, она… она хотела меня задушить, мне так страшно! – сквозь слезы шептала Александра. – Не отпускай меня, пожалуйста. Пожалуйста!

– Не отпущу, не отпущу. – стоя на коленях возле кровати шептал ей Гавр. Но все-таки отпустил, когда Саша уснула. А после сам отправился спать с желанием во всем разобраться.

5

Утро шестого апреля 1995-го года началось так же, как и в предыдущие пять месяцев.

Сквозь утреннюю детскую суматоху Гавриил и Саша обменялись тревожными взглядами, мальчик начал было подходить к ней, но девочка поднесла ладонь к горлу и потрясла рукой мол «не сейчас, подожди». Они не разговаривали в туалете, пока чистили зубы, не разговаривали за столом, пока ели. Про девочку в белом Гавриил не рассказывал никому, хоть иногда она и снилась ему, пугала вместе со своим псом.