Буквы. Деньги. 2 пера. Том второй

Кто-то скажет, но ведь можно усыновить, взять опеку над чужим. Да, можно, но ты никогда не сможешь посмотреть на маленького человечка и увидеть в нем себя. Походку, улыбку или привычку смешно морщить нос, – и как будто в подтверждение своих слов он поморщился.

– Не буду скрывать, у вас действительно сложный диагноз, но наша клиника сталкивалась с подобными случаями. Идите домой, мы совсем скоро с вами свяжемся. – доктор надеялся, что эти слова немного приободрят пациента.

Однако тот молчал и вдруг совсем тихим голосом спросил:

– Доктор, вы правда поможете? – весь пафос прошел, и перед врачом стоял очень грустный, усталый и несчастный человек.

 – Просто поймите, столько лет, столько операций: ИКСИ, Песо, ЭКО. Все без толку. Я столько раз надеялся, ходил в храм, пил таблетки… – речь оборвалась.

– Не волнуйтесь, в конечном счете, за годы работы я помог всем своим пациентам, помогу и вам, – доктор хотел, чтоб визит к нему для Ховнуна закончился на позитивной ноте.

Выйдя вместе с пациентом и сдав ключи на пост охраны, Лецтер отправился домой.

Мысли о звонке жены заставляли его улыбаться всю дорогу. Подъехав к дому и поставив машину в подземный гараж, доктор поднялся на лифте и открыл своими ключами дверь.

– Вот сейчас придет папа, и я ему все про тебя расскажу, – услышав, что муж пришел, с кухни спешила жена, из-за ее ног в коридор выскочил йоркширский терьер восьми месяцев отроду. Он скакал вокруг доктора и, виляя всем телом, заливисто лаял. – Привет, родной, мы с малышом тебя совсем заждались! Иди мыть руки и будем ужинать.

Стол был накрыт на две персоны.

Лецтер* созвучно немецкому слову «последний».

Ховнун** созвучно немецкому слову «ожидание/надежда»

Манекен

Женщина вырвалась из объятий и рванула в сторону входной двери. «Твою мать! Закрыто! Ключи в зале! Думай, думай», – она забежала в гостевую спальню. Глаза секунд тридцать привыкали к темноте. Снизу возле подъезда слышались пьяные крики людей, хлопки шампанского.

Кто-то бурно отмечал субботу.

Разодранные в кровь колени тянули мышцы и не давали ей подняться – а он был уже близко. Она залезла на подоконник, потянула окно за ручку и грохнулась на пол. Дверь скрипнула, женщина перегнулась через окно, поставив ногу на карниз. Тихо выругалась, вырванный с мясом ноготь на мизинце задел раму окна, заставив ее вздрогнуть и потерять равновесие.

Правая стопа шаркнула по пластику, а потом соскользнула и повисла в воздухе.