Несимметричные стихи

* * *

Вновь стране предвещают распад,

мы больнее друг друга пинаем,

и Христос не однажды распят —

каждый день мы его распинаем.

Мы смирились, похоже, с судьбой,

её прихвостни и брадобреи.

Мир спасут только шок, только боль —

лишь тогда люди станут добрее.

Но, наверное, хватит пенять

на нарывы и кровоподтёки.

Мы, увы, не сумели понять

свою душу, где только потёмки.

Не хватило ни сил, ни ума,

хоть боролись почти до упора,

и теперь эта мёртвая тьма

проникает и в сердце, и в поры.

Только это ещё не конец,

это где-то в серёдке и между.

Вы простите, Луганск и Донецк,

вы простите, что дал вам надежду.

Я вас предал, и даже не раз,

что Иуды равно поцелую,

торговался с хохлами за газ,

а теперь вашей жизнью торгую.

Вы простите, я глух был и слеп,

я не сдал самый трудный экзамен,

и вы смотрите долго мне вслед

бередящими душу глазами.

* * *

Это, наверное, строго по теме:

наше живет поколенье

в Солнечной, очень уютной системе

лишь на задворках Вселенной.

Как бы своё мы сердечко ни грели,

надо оставить затею:

братья по разуму – те, что центрее,

видимо, нас поумнее.

К нам не хотят они вовсе добраться —

в наши крысиные норы…

Братцы мои, межпланетные братцы,

Мы вам совсем не партнёры

Истина мне приоткрылась простая:

хоть меня в небо не тянет,

как вас сейчас на Земле не хватает,

чтоб помирились славяне!

* * *

Сонных дней потревожен улей.

Поражает вражды размах.

Вновь война. Только чаще пуля

метит тех, кого мучит страх.

Да, жестока её вендетта,

неспокойно так на душе:

рядом смерть притаилась где-то,

но не прячусь я в блиндаже.

Я кручусь на плацдарме с теми,

кто рискует жизнью опять,

ну а те, кто боится тени, —

тем победы не испытать.

Начало формы

Конец формы

Начало формы

* * *

Мы напрасно, что пропало, ищем,

всё равно, похоже, не найдём.

Не построить нового жилища

там, где всё охвачено огнём.

Не вернуть потерянного пыла,

нам достались – ты уж не серчай —

только обгорелые стропила,

только этот горький иван-чай.

Только этот леденящий ветер

и пустые, выжженные дни,

и уже нам ничего не светит,

кроме – ещё тлеет – головни.

Потому-то, жизнь кляня такую,

мы не держим друг на друга зло —

каждый по отдельности тоскует

по тому, что сбыться не могло.