Этюд в багровых тонах. Знак четырех. Записки о Шерлоке Холмсе

Что вы сделали после этого?

Рэнс снова сел, хотя взгляд его оставался озадаченным.

– Ну, я опять пошел к калитке и засвистел в свисток. На мой свист сразу же явились Мерчер и еще двое.

– Улица и на этот раз была пуста?

– Можно и так сказать, во всяком случае, там не было никого, кто способен передвигаться на двух ногах.

– Что вы имеете в виду?

Лицо констебля расплылось в широкой ухмылке.

– Знаете, я на своем веку повидал немало пьянчуг, но такого мертвецки пьяного забулдыги еще никогда в жизни не встречал.

Когда я вышел, он буквально лежал на перилах и во всю глотку орал песню «Вперед, Колумбия» и что-то про новый полосатый флаг. Какая от такого помощь – он и на ногах-то не держался.

– Какой это был человек? – спросил Шерлок Холмс.

Джона Рэнса, видимо, раздражало, что ему задают не относящиеся к делу вопросы.

– Какой-какой… Сильно пьяный, вот какой, – ответил он. – И ночевать бы ему в участке, если бы мы не были так заняты.

– А лицо, одежда, вы не обратили на них внимания? – настаивал Холмс.

– Как не обратить, нам же с Мерчером пришлось его поднимать. Он был длинный, с красным лицом, подбородок и рот закутаны шарфом…

– Этого достаточно! – воскликнул Холмс. – Что с ним сталось?

– Некогда нам было с ним валандаться – и без того дел оказалось по горло. А вы за него не волнуйтесь – авось сам дополз как-нибудь до дома, что такому сделается?

– Как он был одет?

– В коричневый плащ.

– А хлыста у него не было?

– Хлыста? Нет.

– Возможно, он потерял его, – пробормотал мой компаньон. – Вы не видели или, быть может, слышали, не проезжал ли после этого поблизости кеб?

– Нет.

– Вот ваши полсоверена. – Холмс встал и взял шляпу. – Боюсь, Рэнс, вам никогда не подняться по службе. Голова предназначена не только для украшения, ею иногда надо думать. Прошлой ночью вы упустили свои сержантские лычки. Человек, которого вы ставили на ноги, – тот самый, кого мы ищем, и у него – ключ к разгадке этой тайны.

Сейчас бесполезно что-либо объяснять, но, говорю вам, это именно так. Поехали, доктор.

Мы направились к ожидавшему нас кебу, оставив нашего информатора обескураженным: он, конечно же, не поверил Холмсу, однако был явно растревожен.

– Непроходимый дурак! – с горечью бросил Холмс, когда мы возвращались домой. – Подумать только: ему так повезло, а он проворонил свою удачу.

– Мне, пожалуй, все же неясно.