Осень, зонт и мой сон

– Это наша кухня, проходите, Ирина, позже Эрик покажет Вам, где стоит посуда, продукты, кухонные полотенца, все, что необходимо для приготовления еды для Даши.

– Ира, смотри, какая красивая у меня тарелка и чашка, – Даша подносит мне нежно-розового цвета детскую посуду. Обычно, дети всегда любят чем-то похвастаться. Замечаю, девочка очень эмоциональная, а это знак, что ее настроение может быстро меняться.

– Очень красивая, Даша, мне нравится и, наверное, приятно есть из такой посуды и ты, конечно же, все съедаешь? – искренне интересуюсь я.

– Иногда остается немного, правда, но эту маленькую принцессу в середине тарелки я всегда вижу. Правда, она похожа на меня? – Даша пытается переменить тему и ее глаза, полные детским доверием, смотрят в мои.

– Да, похожа, вернее она совсем как ты, я думала, это твой портрет.

Даша звонко смеется, замечаю, что Александру Юрьевичу нравится шумная атмосфера в доме.

Кухня просторная и уютная, со светлой итальянской мебелью, с большим окном, из которого открывается вид на реку.

Большой, мраморный подоконник, а на противоположной от окна стене висит картина, на которой я останавливаю взгляд.

– Я покупаю картины наших отечественных художников, они передают атмосферу страны, – гордо заявляет хозяин дома и останавливается вместе со мной напротив нее.

И вправду, тенистая, деревянная терраса, уставленная полевыми цветами в глиняных горшках, навевает воспоминания о доме бабушки, где пахло коровьим молоком и домашними пряниками.

На потрескавшемся от зноя и зимней пурги столе, лежит большой, разрезанный и спелый арбуз. Жаль, что картина не передает запахов, мне казалось, что он так вкусно пахнул и возвращал в летние деньки.

Я восхищаюсь пейзажем, замечаю, как это важно для Александра Юрьевича. Наверное, многое в жизни ему давалось с трудом и теперь ему хочется слышать слова восхищения, благодарности. Ему и вправду было чем гордиться.

– А здесь наша прихожая, Даша иногда смотрит здесь мультфильмы или мы читаем вместе, – Александр Юрьевич учтиво открывает дверь, и моему взгляду представляются высокие, метров до шести, потолки, в классическом стиле шторами, фалдами и тюлями.

Комната большая, с тремя массивными окнами и помпезной мебелью и с двумя круглыми, шелковыми, китайскими коврами. Из нее наверх ведет дубовая лестница. Такое чувство, что ты попал в одну из комнат Людовика Четырнадцатого, мне неуютно здесь и хотелось ее скорей покинуть.