Акварели. Стихи и поэма

Пойдем с тобой туда, где осень в пламень сложена.

Пойдем пораньше, а вернемся поздно вечером.

Сентябрь пылает, как куплет, удачно сложенный.

Октябрь

Раннее утро. Серое небо. Дождь со снегом.

Не было прежде такой печали: октябрь – в самом начале.

Что же тут нового? Что тут печалиться? Невидаль эка!

Это распутство меня почему-то не огорчает.

Сыплет летучий снежок анонсом зимы колючей.

Ловит пацан снежинки ртом, разбойник: мокрое дело!

Снова влезть в сапоги и калоши – это ль не случай!

Осень на голое тело дырявый халат надела.

Ноябрь

Ноябрьский сплин. Серебряная осень.

Халва небес – хоть мажь ее на кус.

И, медный звон в сердцах швыряя оземь,

звонарь зашелся. Гнев его – кургуз.

Короткий день сменяет заступ ночи.

Пора уснуть – поди, сочти до ста.

…Поет ли кто? Не то: река лопочет

и обещает скорый ледостав.

Декабрь

1

В почерневших ветвях не заблудится солнечный луч.

Он чуть-чуть поплутает – и выйдет опять на свободу.

Надо ж так исхитриться: и в ступе воды потолочь —

и из ступы извлечь не только толченую воду.

Слово – тот воробей, что склюет из кормушки зерно,

прочирикает: «Чур меня!», крылышком чиркнет – и ходу.

Я – из племени меченых, коему право дано

бить по ветру крылом и слова отпускать на свободу.

Пусть сбиваются в стаи. Пусть ходят под рифмой и без,

не беду накликая – из бездны звезду извлекая.

В почерневших ветвях не споткнется осколок небес,

он чуть-чуть поплутает – и в небо вернется, сверкая.

Календарь декабрем выпадает. Вот-вот Рождество.

И подарки доспеют, и звездами небо заплачет.

С нами вот что случится: еще не увидев волхвов,

мы поймем: что-то будет.

Кто-то грядет, не иначе.

2

Декабрем календарь не кончается, нет.

Прокрадется сквозь шторы простуженный свет.

Пробирается свет. Распускается звон.

Длинноносая птица спешит на поклон.

Забинтовано небо аптечным бинтом.

Ртутный столбик с утра говорит не о том.

И стоит на своем, и упасть не спешит.

Ветер птице атласные перья пушит.

Робко прячется солнечный заяц в углу.

Пробирается луч сквозь молочную мглу.

В черных ветках, как в строчках, запутался день.

Распускается звон. Уменьшается тень.

Ты проснешься, стряхнешь с покрывала перо.

Удивишься – как вымахал за ночь сугроб,

как напуганный заяц глядит из угла…

И протянешь ладонь.

И расправишь крыла.