Народная-Книга-О-Фаусте

Если бы были у меня благочестивые помыслы и я бы

обращался с мольбой к богу и не подпустил к себе черта так близко, не

приключилось бы такого несчастья моей душе и телу. Ах, что я наде-

лал!».

И дух ему отвечал: «Разочти сам». И доктор Фауст ушел от него в

печали.

16

Прение о преисподней, называемой геенной,

как она была сотворена и образована,

а также о муках адских

Доктор Фауст все же раскаивался в сердце своем и постоянно разду-

мывал о том, что за грех он взял на себя, пожертвовав блаженством сво-

ей души и связавшись с дьяволом ради временных благ.

было раскаянием и покаянием Каина и Иуды, ибо хотя и раскаивался он в

сердце своем, но отчаялся в милосердии божием, и казалось ему невоз-

можным вернуть себе милость божию. Уподобился он Каину, который точно

так же отчаялся, полагая, что грехи его больше чем можно ему простить;

так же было и с Иудою и т. д. И доктор Фауст думал так же; все смотрел

он в небо, но ничего не мог там разглядеть.

ворится, о черте или об аде; это значит, он думал о том, что содеял, и

казалось ему, что частыми беседами, вопросами и прениями с духом

удастся ему когда-нибудь достигнуть исправления, раскаяния и воздержа-

ния от зла. Однако напрасно, ибо дьявол слишком цепко его держал.

После этого снова затеял Фауст разговор и прение с духом (ибо ему

опять подумалось об аде). Стал он спрашивать духа, что есть ад.

Во-вторых, как ад сотворен и устроен.

ния ждут осужденных в чистилище. В-четвертых и в-последних, может ли

осужденный вновь возвратить себе милость божию и избавиться от адских

мук.

Дух не дал ему ответа ни на один вопрос и сказал: «Господин мой

Фауст, лучше тебе оставить твои вопросы и разговоры относительно ада и

его порядков. Чего ты хочешь, любезнейший? Если бы ты и впрямь мог

подняться в рай, я бы снова низверг тебя в преисподнюю, ибо ты мой и

тут твое место.

об аде и поверь мне, если я тебе обо всем этом расскажу, ты будешь по-

вергнут в такое раскаяние, сетование, раздумье и горе, что пожалеешь

сам, зачем задавал мне вопросы, а потому мое мнение, что лучше тебе о

том не спрашивать».

Доктор Фауст сказал: «И все же я хочу знать, или мне не жить. Ты

должен мне все открыть».

«Так и быть, – говорит дух, – я скажу тебе, мне-то мало горя от

этого.