Наболевшее. Стихотворения. Поэмы

С апломбом уместным

Начнем разговор.

И пусть будет честным,

Открытым наш спор.

Без крови хоть миг

Прожит на земле?

И кто, что достиг

В грехе и во зле?

Народы, как тучи,

Волна за волной,

Как горы, все круче,

Бросалися в бой.

Где совесть, где милость?

Где честность? Порок,

Ну чтоб ни случилось,

Пороку – все впрок.

Придуманы мифы.

Как лживы они:

Мол, мы не Сизифы,

Деревья – не пни.

Исчезли народы,

Следа не оставив.

Века прошли, годы

В сраженьях кровавых.

Бессильна душа:

Материя грубо,

Как ржа, не спеша,

Сожрет наши судьбы.

Что Сталин? Что Ленин?

Что Грозный? Что Петр?

Не их ли злой гений

Вскормил наш народ?

Как высятся гордо

Верхушки дерев,

В красе непокорной

Вокруг всех презрев.

Но кто-то и где-то

Уж плавит металл.

И вот по деревьям

Топор застучал.

Где гордость? Где спесь

Дерев непокорных?

Топорная честь

Врубилась им в горло.

Топор – он палач?

А жертвы – деревья?

Не знаю, хоть плачь,

Что ложь, а что верно.

Тревоги и беды

Ушли на задворки.

А нам за ответы

Пора ставить двойки.

За спесь и за гонор,

За курячий ум,

Ничтожных и вздорных

Тех горестных дум.

Но вижу воочью:

Заря занялась,

И день вслед за ночью

Явился в свой час.

Иного не нужно.

Спасибо Ему!

Помолимся дружно.

А знать, что к чему —

Умножить печали.

Конец. – Все сначала.

Наши сказки и наша жизнь

Я читаю сказки наши:

Жил наш предок вкривь и вкось.

Сам себя, дурак, дурачил.

В доме был своем как гость.

Он в рубахе пузыристой,

Кушаком обвязан он,

Больно на язык речистый,

То в лаптях, то босиком.

Морда – то ли медный таз,

То ли крендель заварной,

С прищуром, с хитринкой глаз,

То ли  черт, то ль  бог земной.

Ну а шутки – прибаутки

У него как молотьба.

Виртуальные сплошь утки

Вылетают изо рта.

Подбоченясь, топнет ножкой

(К черту всяку осторожность),

Крякнет, уточкой пойдет,

Иль вприсядку – на народ;

То юлой, наоборот,

Закружит как вихрь, как черт.

А закончит истуканом.

Все реально – без обмана.

Да, смышлен, речист, находчив,

Не злодей, не вор, отходчив.

Все же спросим осторожно:

Черта что ли он заложник?

Спросим, а каков работник

Был наш предок беззаботный?

Вон под ним богатства клад.