Не зови волка

– Младший из братьев Смокуви. Когда-то вас было десять, а теперь – всего двое. Самая маленькая бригада в истории Воронов. – Майор улыбнулся. У него были очень длинные, широко расставленные зубы.

– Не поймите меня превратно, – наконец ответил Лукаш. – Это моя любимая сказка. Но я ее уже слышал.

– Конечно, так бестактно с моей стороны. Вы уж простите, но не каждый день встречаешь Волчьего Лорда.

Кожмар надел свой кивер на голову, и по его плечам заструился плюмаж[6 - Плюмаж – в старину: украшение из перьев на головном уборе.

– Как ваша рука?

Лукаш стиснул зубы.

Возле фонтана собралась группа молодых женщин. Волосы девушек казались такими же блеклыми, как полоски на их длинных юбках; их кожа почти сливалась с белыми рубашками, а в руках они держали тонкие сигареты. Единственным ярким пятном в их облике были кроваво-красные сапоги, отчетливо выделяющиеся на фоне мрачных улиц.

– Можно подумать, они никогда не видели Ворона, – сказал Кожмар после короткой паузы.

Воронами называли служащих королевской армии.

– Скорее всего, и правда не видели, – ответил Лукаш.

Он осторожно наблюдал за женщинами, которые подошли к его коню слишком близко. Драконьи рога обычно вызывали у окружающих неподдельный интерес.

– Я здесь уже три дня, – задумчиво сказал Кожмар. – Меня никто так не рассматривал.

– Я Волчий Лорд, – ответил Лукаш, как следует не обдумав свои слова. – Люди смотрят на меня все время.

Майор повернулся к нему, и на секунду в его выражении промелькнуло что-то хищное.

– Конечно, – мягко согласился он. – Не сомневаюсь.

Кожмар резко выделялся на фоне мрачного, туманного городка, и только его глаза соответствовали окружающей обстановке – светлые, серые и совершенно бесчувственные.

Лукаш снова посмотрел на девушек с нескрываемой тревогой. Одна из них – может, чуть моложе его самого – гладила коня по черной шее. Крул повернулся к девушке, его уши дернулись, и она достала из кармана морковку.

– Итак, – начал Кожмар, достав из-за пазухи трубку. Это была дорогая безделушка, с резными узорами, инкрустированными янтарем.

Он выдул несколько идеальных колечек дыма, тут же смешавшихся с туманом, и спросил с нарочитой бесцеремонностью:

– Лукаш, полагаю, ты здесь из-за Золотого Дракона?

«Хотелось бы, чтобы это и правда было так».