Не зови волка

Эти зеленые глаза, меняющиеся и ускользающие: то узкие, как у кошки, то снова идеально круглые…

– В лесу обитает монстр, – сказал Кожмар, подойдя к Рыбаку и бросив перед ним пачку листов. – Вила, демон – черт знает кто она такая. Она охотится на людей. Особенно ее интересует один конкретный человек.

Несмотря на увечья, у Якуба было очень выразительное лицо: если бы взглядом можно было убивать – Кожмар бы упал замертво.

– Она не демон, – сказал он после недолгого молчания. – По крайней мере, не с традиционной точки зрения.

Это мое мнение.

Кожмар ухмыльнулся:

– Твое мнение?

Лукаш пытался осознать услышанное. Она вытащила его из воды. Бросила на берег. Оттащила на траву. Она подошла так близко…

– Кто… – Он колебался, не в состоянии собраться с мыслями. – Кто она?

– Думаю, когда-то она была человеком, – сказал Рыбак. Он откинулся на спинку стула и сложил руки на коленях. – Таким же, как и все мы. Возможно, ею овладела какая-то сила, которая и сделала ее такой. Стржиги, например, размножаются не с помощью деторождения, а благодаря поглощению.

Пожирая людей, они создают себе потомство. Может, с ней произошло что-то похожее.

Ее глаза, мерцающие над водой. Темные волосы, гладкие и блестящие. Все в ней казалось таким человечным. И все же…

– Может, она лучше всех остальных монстров, обитающих в лесу. А может, и хуже, – задумчиво продолжил Рыбак. – Но в одном я уверен: она сильнее их. Кажется, лес ее слушается. Насколько я знаю, она наполовину человек, наполовину рысь.

Животные ее обожают, и волки преданы ей. Для них она почти… – Якуб искал подходящее слово. Он поднял глаза вверх, как будто нужное определение затаилось на потолочных балках. – Она почти что… королева.

– И откуда ты об этом знаешь? – спросил Лукаш, боясь услышать ответ.

Рыбак улыбнулся. Часть его рта осталась неподвижной, и его лицо больше походило на гримасу.

– Я встречался с ней.

Лукаш ощутил смутное сочувствие.

Он посмотрел на записи Якуба. Последний подарок этому обреченному королевству.

Целые тома, посвященные злу и разрушению, хранятся под этой крышей, ожидая, когда же все это сгорит дотла. Гаргуйль. Так Кожмар назвал Рыбака. Страдания одинокого человека, подытоженные в одном беспечном, жестоком сравнении.

– Если она встанет у нас на пути, – сказал Кожмар, – убьем эту злую ведьму, без проблем.

Но ее руки. Ее глаза.

– Я не знаю, – ответил Рыбак. – Не думаю, что существа, подобные ей, беспокоятся о добре или зле.