Диффузия миров

Вот и гадай теперь, что конкретно это значит.

– А зачем личинок выращивали? – осторожно спросила я.

– Чтобы убивать, – меня передёрнуло.

– Убивать личинок?

– Нет. Личинки будут убивать.

Я остановилась как вкопанная. Липкий страх пробрался под одежду, как раннедекабрьский снег.

– И ты тоже будешь убивать?.. – внезапно осипшим голосом переспросила я.

– Уже никому не надо. Дом разрушили.

– Кто? – в ответ он произнёс какое-то слово на своём языке, возможно ругательство.

– Других убили?

– Я не знаю.

Было много маленьких. Взрослых продали. Они пришли неожиданно. Мы были не готовы и… не… недо…

– Беззащитны? – предположила я. Он посмотрел на меня, ожидая пояснения.

– Не смогли выжить в одиночку.

– Да.

– Но вообще-то убивать плохо. У нас здесь нельзя просто так взять и убить кого-то или покалечить.

– Хорошо. Я буду знать.

Я хотела ещё что-то спросить, но меня прервали чьи-то несвязные крики. Мы наткнулись на пьяную компанию, возвращавшуюся из бара.

– Пошли, – нервно сказала я, инстинктивно взяв Морти за руку и попытавшись увести.

Но было поздно. Как назло одним из гуляющих оказался мой сосед по подъезду.

– А вот и Дороти, бывшая кошатница! – воскликнул он, с трудом ворочая заплетающимся языком. Он засмеялся, показывая на меня пальцем и с трудом сохраняя открытыми мутные красные глаза. Несколько его менее пьяных товарищей медленно начали окружать меня.

– Нельзя убивать и калечить, – подал голос Морти, – буду осторожно.

Не успела я осознать, что происходит, как он бросился на них.

Техничными, отточенными до автоматизма движениями, он вырубил всю компанию – а их было не менее десятка – и, как ни в чём не бывало, вернулся ко мне.

– Охренеть ты берсерк!.. – только и смогла выдохнуть я, кое-как оправившись от шока, – с-спасибо.

– Ты сама не смогла бы? – удивился он.

– Конечно, нет.

– Но они же слабые.

– Я ещё слабее, тем более их было много.

– Значит ты… Беззащитная?

– Вроде того.

Ещё несколько минут мы шли в молчании.

Я не как не могла унять дрожь в коленях и шум крови в ушах. Приглушённые метелью удары и десяток беспорядочно разбросанных обморочных тел снова и снова возникали в сознании. Внезапно Морти остановился.

– Здесь, – сказал он, показав на перекрёсток парковых тропинок.

– Что здесь? – уточнила я.

– Здесь я попал в это. Всё то, что здесь.

– Эээ… В этот мир?

– Что такое «мир»?

Я сделала неопределённый жест, охватывающий всё вокруг.

– Да.