Долгая дорога в никуда. Том 1

Двое сыновей и дочь, жившие в том же кишлаке, стыдились его поступков, но ничего не могли поделать. Все раисы, и предыдущие и нынешний, зная его нрав, старались не спорить и не перечить ему, по-хорошему выпроводить старика. В приемной была еще Умида, —секретарь. Увидев Уктама, она дружелюбно улыбнулась и спросила:

– К раису? Подождите немного, посетитель у него. Сейчас выйдет.

Поздоровавшись со стариком и женщиной, он сел на самый крайний стул. Сама приемная выглядела очень уныло. Стены, некогда выкрашенные в светло-голубые тона, выглядели теперь скорее серыми, местами обшарпанными, с облупившейся краской.

Мебель тоже оставляла желать лучшего: шкаф с деловыми папками в углу с прибитым вместо ножки бруском, стол секретаря с облезшим слоем фанеры, и стулья, на которые опасно было садиться.

Благо, ждать пришлось недолго. Дверь кабинета раиса отворилась, и оттуда вышел посетитель. Это был мужчина лет сорока, очень хорошо одетый для здешней местности. На нем был серо-голубой костюм, синий в полоску галстук на белоснежной сорочке, импортная шляпа и очень модная куртка.

Приветливо кивнув хозяйке приемной, он не торопясь покинул помещение.

Издавна по негласно установленным правилам работники данного учреждения заходили в кабинет начальства без очереди. Так было и в этот раз. Поэтому, когда Уктам направился к дверям председателя, старик дернулся, но потом, не решившись возражать, опять сел на место.

Сам кабинет раиса выглядел чуть лучше остальных помещений правления колхоза. В прошлом году он выкроил немного денег и кое-как привел в порядок помещение после нескольких замечаний со стороны районного руководства.

Когда Уктам вошел, раис сидел в своей привычной позе, —левым локтем опираясь на стол, при этом держась большим пальцем и кулаком за подбородок. В его правой руке была сигарета.

– А, Уктам, заходи! Здравствуй, садись. Что у тебя? – спросил раис, отвечая на приветствие.

Это был средних лет мужчина, с небольшой щетиной и зачесанными назад черными с серебром волосами. Пиджак из серой в полоску ткани сидел на нем мешковато, поскольку председатель еще не оправился от недавно перенесенной болезни.

С утра раис уже выглядел уставшим. Мешки под глазами, чуть заметная серость лица и невеселый голос свидетельствовали о его еще не совсем окрепшем здоровье.

– Что у тебя? – еще раз спросил председатель, когда Уктам сел на предложенное место.

– Вот заявление написал. На увольнение.

– Не понял. Кто написал? На что? – удивленно поднял брови раис.